Великий Шëлковый путь… Китай и Средняя Азия

Для древнего Китая регион Средней Азии представлял важное значение, поскольку через него проходили торговые маршруты «Великого Шёлкового Пути» (ВШП) из Китая в Западную Азию и в Европу...
Китайский шелковый путь / Китай и Средняя Азия / Геополитика Китая

Великий Шëлковый путь

Отношения Китая с народами Средней Азии, Афганистана и «Великий Шёлковый Путь».

 

Часть 1. Китай и Средняя Азия.

Китайские эксперты сообщают, что географическое понятие «Центральная Азия» 中亚 ввёл немецкий учёный Гумбольдт 冯洪堡 в 40-е годы 19-го века и обычно под этим понятием подразумевают территорию, на которой расположены шесть современных государств: Узбекистан, Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Афганистан. Однако в современном Китае, подчёркивают китайские эксперты, как и ранее в Советском Союзе, «Центральной Азией» называют территорию пяти быших республик СССР: Казахской, Киргизской, Узбекской, Таджикской, Туркменской, — так называемые  «пять больших «станов» 五大斯坦 , но не относят к этому региону Афганистан.

(А.Ш.: Понятие «Средняя Азия» использовалось только в Царской России и в СССР.  В СССР говорилось о «Казахстане и Средней Азии», под которой понималась территория Киргизской ССР, Узбекской ССР, Таджикской ССР, Туркменской ССР.  Происходило это потому, что на западном берегу реки Урал, по которой проходит граница Европы и Азии, находилась и находится часть Западно-Казахстанской области и Гурьевской (с 1992 года Атырауской) области Казахстана, следовательно географически он полностью азиатским регионом не является.

В 1992 году президент Казахстана Назарбаев предложил вместо понятия «Казахстан и Средняя Азия» использовать понятие «Центральная Азия».

Британская энциклопедия утверждает, что «Центральная Азия» и «Средняя Азия» одно и то же, оба понятия записываются как “Central Asia” и  обозначают Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан.

По-китайски 中亚 также переводится и как «Центральная Азия» и как «Средняя Азия». Как сказано выше, в Китае данным понятием обозначают Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан.

ЮНЕСКО считает Среднюю Азию в составе Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана, Узбекистана субрегионом Центральной Азии, в которую, помимо Средней Азии, входят Афганистан, Монголия, часть Северной Индии, Северного Пакистана, Северного Ирана, значительная часть Китая — Синьцзян и Тибет, а также часть юга Азиатской России.

Кроме того, некоторые западные учёные выделяют Внутреннюю Азию в составе Монголии, Тибета, части Восточного Казахстана.

В настоящей статье будем объединять Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан привычным понятием «Средняя Азия» и это же понятие будем использовать при переводе китайского 中亚 , обозначающего пять данных государств).                                                                                     В современном Китае можно выделить по крайней мере двух учёных,  специализирующихся на истории отношений Китая и Средней Азии.

В ноябре 2010 года вышла книга Лю Сюэяо 刘学铫 из Политического университета Тайваня (г.Тайбэй) «История отношений Средней Азии и Китая» “中亚与中国关系史”

Серию из десяти книг, посвящённых теме отношений Китая и Средней Азии, издал с 1980 по 2010 год учёный из провинции Хубэй КНР Ван Чжилай 王治来

Для древнего Китая регион Средней Азии представлял важное значение, поскольку через него проходили торговые маршруты «Великого Шёлкового Пути» (ВШП) из Китая в Западную Азию и в Европу. Именно в стремлении обеспечить стабильную логистику ВШП правители ханьских имперских династий Цинь (221 — 206 г.г. до н.э.) и Хань (206 г. до н.э. – 220) не просто оборонялись от могущественных кочевников сюнну, но и всячески стремились оттеснить их от своих северо-западных рубежей вглубь территории Средней Азии.

Понятием Сиюй 西域 “Западный край» древние, раннесредневековые и средневековые китайцы называли не только земли, на которых расположены современные Центральный и Южный Синьцзян, но и в целом бескрайние территории к западу от проходов Юймэньгуань 玉门关 и 阳关 Янгуань Великой Китайской Стены вплоть до восточного побережья Средиземного моря. Площадь Сиюя (в его древнекитайском понимании) к 60-му году до н.э. составляла 2,023 млн. кв.км..

Как считают китайские эксперты, в древнекитайской двухуровневой административно-территориальной «системе областей и уездов» 郡县制часть   Сиюя к югу от озера Балхаш до озера Иссык-Куль и далее до Памира, то есть земли, на которых расположены современный Юго-Восточный Казахстан, весь современный Кыргызстан, крайний восток современного Узбекистана и современный Восточный Таджикистан, фактически имела статус области 郡

В 60-м году до н.э. правители Хань создали «управу охраны Сиюя» 西域都护府 — высший региональный военно-административный орган, отвечавший за управление этими пограничными китайскими землями, за их защиту и просуществовавший до 107 года.

Относительно прочно Китайское государство обосновалось на юго-востоке Средней Азии и в раннем средневековье, в эпоху ханьской имперской династии Тан (618-907).

В 7-м веке Китай вёл активное наступление на Западно-Тюркский каганат (603-704), центральная часть которого располагалась в пределах Средней Азии, и к 658 году захватил значительную территорию этого государства.

В 640 году правители Тан создали «управу охраны Аньси», дословно «управу охраны умиротворённого Запада» 安西都护府 , просуществовавшую 168 лет, до 808 года. «Управа» располагалась в городе Цзяохэ (Ярхото) 交河城 в 10км. к западу от того места, где находится современный город Турфан СУАР КНР, земли под её управлением  включали территорию, на которой расположены современные Южный Кыргызстан (к югу от озера Иссык-Куль), Юго-Западный Синьцзян, Восточный Таджикистан, а также крайний Восток современного Афганистана, крайний Северо-Восток современного Кашмира.                                                                                                                 К северу от земель под управлением «управы охраны Аньси» находились земли под управлением «управы охраны Бэйтин», дословно «управы охраны Северного двора» 北庭都护府 , созданной правителями Тан тогда же, в 640 году, и просуществовавшей 150 лет, до 790 года.  Под управлением «управы охраны Северного двора» находились земли, на которых расположены примыкающая к китайско-казахстанской границе часть современного Западного Синьцзяна, современный Юго-Восточный Казахстан южнее озера Балхаш, современный Северный Кыргызстан, включая озеро Иссык-Куль.

В 751 году танская армия потерпела поражение от армии арабов в битве на реке Талас 怛罗斯之战 близ того места, где расположен современный казахстанский город Джамбул, с того момента начался уход Китая из Средней Азии и исламизация региона.

 

В древности и в раннем средневековье наибольшее влияние Китая в Средней Азии имело место на тех землях, где расположен современный Кыргызстан.

В материале китайского эксперта, опубликованном 22 марта 2018 года на массовом континентальном информационном портале «Бай Ду»  百度  в рубрике «Взгляд сяо Ли на историю» 小李历史观 , отмечается, что территория, на которой расположен современный Кыргызстан, изображалась на китайских картах в составе Китайского государства в общей сложности дольше, чем территории, на которых расположены современные Монголия, Вьетнам, Корея.

Как сообщает китайский автор, земли, на которых расположен нынешний Кыргызстан, были официально включены в империю Хань более 2100 лет назад и находились в составе Китайского государства примерно 400 лет, пока в эпоху империи Цзинь (266-420) не были завоёваны кочевыми племенами туцзюэ — турок-шато, потомков среднеазиатских сюнну.

Возвращение этих земель в состав Китая произошло в 650 году в результате разгрома туцзюэ танскими войсками. С того момента, сообщает автор, земли, на которых расположен современный Кыргызстан, стали изображаться на китайских картах как территория под управлением танской «управы охраны умиротворённого Запада». (А.Ш. А также под управлением «управы охраны Северного двора»).

По словам китайского автора к началу 9-го века после ухода Тан из Средней Азии Китай утратил влияние на данный регион, и земли, на которых сегодня расположен Кыргызстан, вновь стали изображаться на китайских картах как часть Китая только в эпоху империи Юань (1271-1368),  — тогда эти земли входили в состав Чагатайского ханства 察合台汗国 , подчинявшегося центральным юаньским властям.

(А.Ш.: Среди китайских экспертов нет единого мнения относительно того, насколько зависимым было Чагатайское ханство, а также Золотая Орда и государство Хулагуидов от четвёртой части распавшейся единой Монгольской империи Чингизхана, а именно от Восточного ханства, давшего начало династии Юань в Китае. Тем не менее немало китайских экспертов считают Чагатайское ханство, Золотую Орду, государство Хулагуидов и Восточное ханство самостоятельными государствами, а империю Юань, возникшую на основе Восточного ханства, — наиболее влиятельным среди них государственным образованием.                                                                                                 В качестве доказательства наибольшей статусности возникшей на основе Восточного ханства империи Юань по сравнению с тремя другими частями бывшей единой Монгольской империи Чингизхана китайские эксперты ссылаются на книгу Хивинского ханства «Родословная тюрок», в которой основателю династии Юань Хубилаю посвящён специальный раздел, а о Золотой Орде и о Чагатайском ханстве содержатся лишь отрывочные сведения.

Доказывая факт номинального вассалитета Золотой Орды 金帐汗国 по отношению к правившей в Китае монгольской империи Юань, но не нахождения Золотой Орды в составе Китайского государства, китайские эксперты сообщают о том, как юаньский император Юань Уцзун в начале 14-го века жаловал золотоордынского хана вассальным титулом «нинсуван», дословно «умиротворённый, невоинственный князь» 宁肃王 , чего по мнению китайских экспертов не пришлось бы делать, если бы Золотая Орда являлась составной частью Китайского государства.

Китайские эксперты также сообщают, что с середины 13-го века земли Средней Азии входили в состав государств-наследников Монгольской империи Чингизхана. Так, в состав Золотой Орды, возникшей в 1242/1243 году,  упрочившейся в период распада Монгольской империи Чингизхана в 1259-1304 годах и продолжавшей затем укрепляться до 1360 года, входили земли, на которых расположены современные Северный (севернее озера Балхаш), Северо-Западный и Западный Казахстан, Северо-Западный Узбекистан,  Северо-Западный и Западный Туркменистан.

В составе Чагатайского ханства в период с 1230 до 1365 года, как обозначено на китайской карте, находились земли, на которых, помимо современного Западного и Юго-Западного Синьцзяна, расположены современный Юго-Восточный Казахстан (южнее озера Балхаш), бОльшая часть современного Узбекистана, современный Северный и Восточный Туркменистан, современный Кыргызстан, современный Северо-Западный Таджикистан).

И наконец в четвёртый раз, сообщает китайский автор, земли, на которых расположен современный Кыргызстан, стали изображаться на китайских картах как часть Китая в эпоху империи Цин (1644-1912), причём, бОльшая часть территории, на которой расположены современный Восточный Кыргызстан и Южный Кыргызстан, входила тогда в состав китайского Синьцзяна, а территория, на которой расположен современный Западный Кыргызстан, входила в состав Кокандского ханства — вассала империи Цин 清朝藩属国浩罕汗国

В последующем, считает китайский автор, Царская Россия силой отторгла 440 тысяч кв. км. территории Западного Синьцзяна, в том числе бОльшую часть земель, на которых расположен современный Кыргызстан, а в 1876 году, «аннексировав» Цинского вассала — Кокандское ханство, полностью завершила  «захват» тех земель,  на которых расположен нынешний Кыргызстан.

За века общей истории, рассуждает китайский автор, Китай и Кыргызстан оказались скреплены кровными узами, и теперь многие кыргызы внешне очень похожи на китайцев.

Эксперт рассказывает, что в первой половине династии Хань, в 1-м веке до н.э., ханьское войско потерпело поражение от сюнну, взявших в плен его командующего Ли Лина 李陵 Ценя личные качества Ли Лина, сюнну жаловали ему титул «правого старшего князя»  右校王 (А.Ш.: Один из 24-х аристократических титулов в иерархии сюнну, высший титул среди «князей правой руки» 在右部诸王侯中地位最高) и сделали правителем земель, на которых расположен современный Кыргызстан. Ли Лин и несколько тысяч пленённых вместе с ним ханьских командиров и воинов обзавелись семьями, в результате чего на землях, где теперь Кыргызстан, возник народ, в жилах которого течёт ханьская кровь.

В эпоху Тан, продолжает китайский эксперт, черноволосые и черноглазые потомки Ли Лина и его людей внешне заметно отличались от других обитателей земель, на которых расположен современный Кыргызстан, рыжеволосых и зеленоглазых. Рассматривая потомков когда-то пленённых сюнну ханьцев как родственный народ, танский правитель создал на их землях «генерал-губернаторство Цзянькунь», дословно «управу командующего войсками в землях цзянькунь» 坚昆都督府

(А.Ш.: «Цзянькунь» 坚昆 – древнее китайское название одного из неханьских племён, родственного тюркскому народу телэ. Как сообщает китайский автор, в эпоху Тан китайцы стали называть племя цзянькунь «сяцзясы» «киргизы» 黠戛斯 , в эпоху Юань — «цзиэрцзисы» «киргизы» 吉尔吉斯 , в эпоху Цин — «булутэ», «буруты» 布鲁特

«Управа командующего войсками в землях цзянькунь» была создана правителями Тан в 648 году и существовала 45 лет, до 693 года. С 663 года этот орган функционировал в  рамках созданной в 650 году для управления землями кочевников туцзюэ «управы охраны Ханьхай» 瀚海都护府, то есть «управы охраны Великой пустыни» 大沙漠都护府  В зоне ответственности  «управы охраны Великой пустыни» находились обширные земли в верховьях Енисея и в Прибайкалье, то есть территории, входящие в состав современных Монголии и России, в том числе земли, на которых расположена современная Тыва.            В 669 году «управа охраны Великой пустыни» была переименована в «управу охраны Аньбэй», дословно «управу охраны умиротворённого Севера» 安北都护府 «Управа охраны умиротворённого Севера» как региональный военно-административный орган Китайского государства в верховьях Енисея и в Прибайкалье была упразднена в 780 году. Таким образом военно-административное управление Китайского государства на территории, входящей в состав современной РФ (Тыва, Прибайкалье), имело место на протяжении 130 лет, с 650 до 780 года.                                                                                            В 845 году наименование «управа охраны умиротворённого Севера» получил танский региональный военно-административный орган, ранее созданный в 630 году для управления и защиты земель, на которых сегодня расположен Автономный район Внутренняя Монголия КНР и Юго-Восток современной Монголии. После разгрома империи Тан киданями в 907 году данная региональная «управа охраны» была упразднена в 916 году).

В 708 году, сообщает китайский эксперт, жители земель, на которых расположен современный Кыргызстан, направили посольство ко двору танского императора, который изрёк:»Ваше государство с нами одного рода, поэтому его нельзя ставить в один ряд с прочими туземными племенами» «尔国与我同宗,非它蕃比“

В Танскую эпоху, добавляет автор, происходило масштабное смешение жителей этих земель и выходцев из Китая, в таком смешанном браке, например, был рождён великий китайский поэт Ли Бо 李白                         (А.Ш.: По одной из версий Ли Бо (701-762/763) родился  в располагавшемся на маршруте ВШП городе Суяб (Ордукент) в Чуйской долине, считается, что руины этого города находятся в 6 км.юго-западнее современного кыргызского города Токмак (Токмок). Известно, что отец Ли Бо был состоятельным ханьцем, возможно, богатым торговцем, а мать предположительно происходила из тангутского племени народов цян).

По словам китайского автора третье масштабное смешение выходцев из Китая и народов земель, на которых расположен современный Кыргызстан, началось в период существования государства Западная  Ляо (1125-1218) монголоязычного народа киданей.

В 1125 году правившая в Монголии, Северном и Северо-Восточном Китае империя киданей Ляо (907-1125) была разгромлена империей чжурчжэней Цзинь, существовавшей с 1115 до 1234 года на территории Великой Китайской равнины, Северо-Восточного Китая и Приморья. Киданьский полководец Елюй Даши 耶律大石 увёл часть своего народа в земли, на которых расположен современный Кыргызстан, и, покорив тамошние племена, основал новое государство— Западная Ляо, а пришельцы-кидани перемешались с местным населением. После того, как в 1218 году Западная Ляо была уничтожена, захватчики-монголы также перемешались с киданями и другим населением тех земель, где находится нынешний Кыргызстан.

До сих пор, подчёркивает китайский автор, есть кыргызы, называющие себя «потомками киданей» 契丹的后人 — выходцев из пределов Китайского государства.

Как считает китайский эксперт, в результате трёх вышеописанных масштабных смешений населения земель, на которых расположен современный Кыргызстан, с выходцами из Китая у нынеших кыргызов присутствуют восточноазиатские гены, и хотя таких генов немного, тем не менее современные китайцы способны по внешнему виду отличить кыргызов от представителей других среднеазиатских народов.

 

 

В конце 17-го века империя Цин начала подготовку к продвижению в Среднюю Азию, произошло это в 50-е годы 18-го века.

18 июня 1763 года главный внешнеполитический орган Цинской империи Лифаньюань, дословно «Палата по делам туземных племён» 理藩院 , направил в Российский Сенат официальный документ, в котором сообщалась, что правители ойратского Джунгарского ханства «вопреки здравому разуму… начали поступать надменно и необузданно», в результате чего в 1757 году были «усмирены» цинским императором, который «присоединил их земли к своим владениям». (См. С.Л.Тихвинский, «История Китая и современность», АН СССР, Институт всеобщей истории, издательство «Наука», Москва, 1976, стр.325).

На китайской карте территория Джунгарского ханства (1678-1757) 准噶尔汗国 включала  земли, на которых, помимо современной Западной Монголии и бОльшей части современного Синьцзяна, расположены современный Юго-Восточный Казахстан (южнее озера Балхаш), бОльшая часть современного Кыргызстана, современный Восточный Таджикистан. Таким образом, покорив Джунгарское ханство, Китайское государство в лице империи Цин вернулось на среднеазиатские земли, подконтрольные ему в древности и в раннем средневековье.

Как сообщается в книге «Китай и соседи в новое и новейшее время», АН СССР, ордена Трудового Красного Знамени Институт востоковедения, издательство «Наука», главная редакция восточной литературы, Москва, 1982, с.с.203-216, после захвата Цинами территории Джунагрского ханства кашгарские ходжи бежали в Коканд. (А.Ш.: Территория Кашгара, которая в настоящее время является Южным Синьцзяном, входила в состав Джунгарского ханства и была окончательно покорена китайцами к 1759 году.

Узбекское Кокандское ханство существовало с 1709 до 1876 года.

Ходжа — почётный титул в мусульманском мире).

Кокандские правители отвечали отказом на требования Цинов выдать кашгарских национально-духовных лидеров-ходжей, а в период правления хана Алима (1798-1810) кокандские войска совершили набег на Кашгарию, захватив её.

В книге «Тарих-и Шахрухи» (А.Ш.: Историческое сочинение, написанное по повелению кокандского хана Худояра в 1871-1872 годах Ниязом Мухаммадом ибн Ашур Мухаммадом) об этих событиях сообщалось:»Правители семи городов Кашгарии, прадеды которых находились на службе китайских хаканов и которые в течение нескольких лет не желали подчиняться китайцам и не представляли им дани, преклонили свои головы перед Кокандом и, не оказав ни малейшего сопротивления, подчинившись нашим приказам, передали контроль делами андижанцев, проживающих в семи городах Кашгарии, в наше распоряжение».

В свою очередь в официальных цинских документах второй половины 18-го века сообщалось:»Эти и остальные буруты (киргизы) могут быть заслоном Китая за пределами его границ… Если случается совершать какие-либо перемещения, то стоит только отдать приказ, и буруты исполняют его. Среди них нет таких необузданных варваров, подобных кокандцам, которые бы не побоялись приказов китайских властей».

После набега кокандцев на Кашгар правители Коканда и империи Цин договорились о том, что кокандские власти будут осуществлять надзор за кашгарскими ходжами, не позволяя им вернуться в Кашгар для того, чтобы восстановить свою власть в регионе, а Китайское государство в обмен на это соглашалось на экономические уступки Коканду, в частности в 1809 году Цинский император уведомил Алим-хана о том, что доставленные в Кашгар кокандские товары полностью освобождаются от пошлины, и что впредь обложение таких товаров пошлиной будет снижено вдвое. Также известно, что цинское правительство ежегодно выплачивало кокандскому хану по одним данным 250, а по другим — 1000 слитков серебра и поставляло определённое количество чая.

Договорённости Коканда с Цинами продолжали действовать и после убийства Алим-хана в 1810 году.

В 1814 году Коканд попытался получить контроль над таможенными поступлениями, которые цинские власти в Кашгаре собирали с андижанских торговцев — выходцев из Кокандского ханства. Однако цинский наместник в Синьцзяне, полагая сбежавших в Коканд кашгарских ходжей умершими и не представляющими угрозы для цинских властей, вручил кокандскому послу официальный ответ для хана, который гласил:»Коканд всего-навсего незначительный варварский удел, расположенный вне границ Цинской империи. Небесная династия позволила тебе общаться с нами и торговать. Уже этим тебе была оказана милость сверх меры… Как ты мог, безрассудно питая надежды, стремиться нарушать правила в пределах Поднебесной?»

В 1820 году цинские власти грубо отказали Коканду и в просьбе утвердить в Кашгаре двух кокандских старейшин-аксакалов для контроля дел андижанских купцов.

В 1822 году из Коканда бежал кашгарский ходжа Джихангир, который объявил джихад неверным китайцам и в 1826 году вторгся со своими сторонниками в Кашгар, вызвав всеобщее восстание населения региона против цинских властей. В решающей битве цинские войска потерпели сокрушительное поражение, а Джихангир занял кашгарский престол.

В январе 1828 года Цинский двор направил против восставших 70-тысячное войско, сумевшее разгромить их и  вернуть Кашгар под контроль Китайского государства.

После подавления восстания Джихангира Цины потребовали от кокандских властей выдать его сына и племянников, обещая за это ежегодную награду в 1000 слитков серебра, однако хан Коканда отказал, ответив, что может вернуть пленных цинских солдат и простых китайцев, но не может выдать родственников мусульманского ходжи.

Влияние Коканда на Синьцзян укреплялось прежде всего посредством кокандских купцов, серьёзно конкурировавших с китайскими. В связи с этим цинские власти осенью 1828 года массово высылали из Синьцзяна торговцев-андижанцев и значительно сократили кокандскую торговлю в Кашгаре. Кроме того, цинские власти в 1829 году открыли торговлю в Кашгаре для бухарских купцов— конкурентов кокандских.  Помимо введения экономических санкций против Коканда, Китай был настроен наказать киргизов, участвовавших в восстании Джихангира, однако из-за нехватки скота в Кашгаре цинские власти всё же разрешили им, как и прежде, пригонять туда стада.

Одну из важных статей доходов кокандского бюджета составляли сборы за транзит китайских товаров, прежде всего чая и ревеня, однако Цины стали направлять чай в Турцию и Афганистан через Бухару и Бадахшан, в результате чего кокандский двор лишался важных источников доходов.

(А.Ш.: Наряду с узбекским Кокандским ханством государственными образованиями Средней Азии являлись узбекское Бухарское ханство (1506-1785), узбекский Бухарский эмират (1785-1920), узбекское Хивинское ханство (1512-1920).

Как сообщают китайские эксперты, до того, как Алим-хан  начал проводить агрессивную политику в отношении китайского Синьцзяна, Кокандское ханство, стремясь обеспечить свои торговые интересы в этом регионе, в 1774 году признало вассалитет в отношении империи Цин  и до 1798 года с точки зрения Пекина являлось её «туземным вассалом» 藩属国

Бухарский эмират с 1868 до 1917 года был протекторатом Российской империи, в сентябре 1920 года прекратил своё существование. Бухарский эмират от Кашгара отделяли более 900 км. территории Кокандского ханства. Цинская империя не контролировала Бухарский эмират и не рассматривала его своим «туземным вассалом»).

Стремясь восстановить торговлю с Синьцзяном, Кокандский двор в сентябре 1830 года направил в Кашгар многочисленное войско во главе со старшим братом ходжи Джихангира Мэд-Юсуфом. Кокандцы разбили цинские отряды и поддерживаемые местным мусульманским населением разграбили занятые города Кашгара, но через три месяца вернулись в свои земли, опасаясь большой войны с Цинской империей.

В январе 1832 года Цинская империя и Кокандское ханство заключили мирный договор, согласно которому кокандцы получили право беспошлинной торговли в Синьцзяне, кроме того, цинские власти уступили кокандцам право собирать пошлины с андижанских торговцев в шести городах Синьцзяна: Аксу, Учтурфан, Кашгар, Янгигисар, Яркенд, Хотан. Для сбора торговых пошлин с андижанских купцов в перечисленных городах назначались специальные кокандские старшины-аксакалы, подчинявшиеся торговому аксакалу Коканда в Кашгаре. Это лицо фактически выступало консулом и политическим представителем Кокандского ханства в Кашгаре, причём, ему обязаны были подчиняться все иностранцы, прибывавшие в Кашгар для торговли, за исключением тибетцев, бадахшанцев и кашмирцев. Помимо этого, китайская сторона согласно договору 1832 года должна была выплатить Коканду компенсацию в размере более 10 тысяч лян серебром за имущество, конфискованное цинскими властями у андижанцев в Кашгаре.

Со своей стороны кокандские власти обязались не допускать возвращения в Кашгар местных ходжей, укрывшихся в Коканде.

Договор 1832 года усилил позиции Коканда в Синьцзяне.  Пользуясь ослаблением Цинской империи в регионе, кокандцы добивались для себя всё новых привилегий, в том числе получили право облагать пошлинами не только кокандские товары, но и прочие иностранные товары в Синьцзяне за исключением товаров тибетцев и кашмирцев. Кроме этого, кокандцы стали взимать подати с земель своих подданых в Синьцзяне, а также обложили податями многих киргизов-скотоводов в регионе.

Местное население Кашгара воспринимало кокандцев как своих защитников от китайцев, в Коканде продолжали жить потомки кашгарских ходжей — претендентов на власть в Синьцзяне.

Пекин шёл на экономические уступки Коканду в расчёте на его политическую лояльность, однако кокандские правители не всегда соблюдали договор с Цинами от 1832 года. Так, в 1847 году кокандский аксакал в Кашгаре поддержал сыновей кашгарского ходжи, войскам которых удалось захватить регион. Цины сумели подавить это выступление в 1848 году, а кокандский двор, обеспокоенный возможной утратой экономических привилегий в Синьцзяне, уверял цинские власти, что хан не знал о замыслах мятежников. Китайская сторона, осознавая свою слабость, удовлетворилась объяснениями кокандцев и позволила им продолжать беспошлинную торговлю в Синцьзяне.

В начале 1858 года Цинам удалось подавить очередное успешное выступление кашгарских ходжей, поддержанных местным мусульманским населением, после чего кокандско-цинские отношения были восстановлены. Кокандцы сохранили прежние торговые привилегии в Синьцзяне и заверили китайскую сторону, что примут меры по предотвращению новых выступлений кашгарских ходжей.

Однако из-за фактического участия кокандцев во всех антицинских выступлениях в Синцьзяне напряжение в отношениях между Кокандским ханством и Цинской империи сохранялось.

В 1863 году на фоне тайпинского восстания во внутренних регионах Китая антицинскими восстаниями был охвачен и весь Синьцзян, власть цинской администрации на территории региона была полностью уничтожена, на её месте возникли пять независимых и соперничавших между собой мусульманских государств: Кучарское, Кашгарское, Хотанское, Урумчинское, Кульджинское. В этих условиях внешнеполитические и торгово-экономические связи Цинской империи и Кокандского ханства полностью прекратились.

Тем не менее Коканд продолжал вмешиваться в дела Синьцзяна, позволив сыну кашгарского ходжи Джихангира — ходже Бузруку при содействии кокандского полководца Якуб-бека создать на территории Синьцзяна единое централизованное мусульманское государство Йэттишар (1865-1877).

После подчинения Кокандского ханства Российской империи в 1876 году его самостоятельные отношения с Синьцзяном прекратились.

Помимо крупных узбекских государств, Китай в эпоху Цин имел эпизодические либо политически незначительные отношения с другими среднеазиатскими народами.

В период цинско-джунгарской войны 1755-1757 годов цинские войска в августе 1756 года разгромили армию казахских ханов, что заставило казахов перейти под покровительство Российской империи.

После покорения Джунгарского ханства и подчинённого ему Кашгара Цинская империя распространила своё влияние на территорию Памира, где расположена Горно-Бадахшанская автономная область современного Таджикистана.

 

Как сообщается в материале, опубликованном 22 февраля 2019 года на массовом континентальном информационном портале «Бай Ду» 百度 , в 1760 году Бадахшан 巴达山 стал «туземным вассалом» 藩属国 Цинской империи и находился с ней в традиционных для китаецентричной внешней политики Срединного Государства отношениях данничества 朝贡关系 Однако уже в 1762 году правитель Бадахшана был вынужден признать себя вассалом пуштунской империи Дуррани 杜兰尼帝国 (1747-1823) , став таким образом «слугой двух господ», дословно «женщиной, вышедшей замуж за двух» 一女嫁二主 Тем не менее, «тяготея к Цинам», сообщает китайский эксперт, правитель Бадахшана неоднократно обращался в Пекин за помощью для отпора агрессии пуштунов, но всякий раз Цинский двор отвечал отказом, до тех пор, пока  Памир не стал сферой влияния Великобритании и России.

Китайский автор сообщает, что в отношении своих «малых среднеазиатских вассалов», к числу которых относился Бадахшан, Цины недальновидно, не понимая стратегической важности региона Средней Азии, осуществляли так называемую «пассивно-консервативную стратегию» 消极保守战略 Причина заключалась в том, что Пекин, озабоченный в первую очередь проблемами внутренних регионов Китая, считал Среднюю Азию «ближним двором»  и полагал, что для поддержания китайского влияния в регионе вполне достаточно выстраивать отношения с местными «малыми вассалами» как с традиционными китайскими данниками, не участвуя напрямую в их делах. Кроме того, полагает китайский автор, пассивная политика Цинов в Средней Азии объяснялась сверхцентрализованностью их системы административного управления. Эксперт сообщает, что в эпоху Хань и Тан имперские власти давали карт-бланш своим региональным полководцам в Средней Азии для самостоятельного усмирения туземных племён и отстаивания таким образом интересов Китайского государства, а в эпоху Цин синьцзянский наместник был абсолютно несамостоятельным и не предпринимал никаких действий без указаний из Пекина.

Отношения Китайского государства с суверенными государствами Средней Азии возобновились после распада СССР.

 

Китай и  Казахстан

 

 

3 января 1992 года были установлены дипломатические отношения между КНР и Республикой Казахстан, имеется общая граница. В декабре 2002 года стороны заключили Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. В июле 2005 года КНР и Казахстан установили отношения стратегического партнёрства, а в 2011 году — отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства.

В неофициальной одиннадцатиуровневой системе отношений партнёрства Китая с другими государствами и ассоциациями государств китайско-казахстанские отношения с 2005 до 2011 года были повышены с так называемого «шестого, среднего уровня категории «3» до так называемого «четвёртого, крепкого среднего уровня категории «4». Как отмечают китайские эксперты, «отношения стратегического партнёрства» Китай выстраивает с теми, кто представляет для него «важный экономический интерес в конкретных сферах». «Отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства» также основаны на торгово-экономических интересах сторон, но уже не просто на «конкретных», а на «стратегических и долговременных». Более того, в сентябре 2019 года Китай и Казахстан заявили о развитии «долговечных» 永久 отношениях всеобъемлющего стратегического партнёрства.

Ещё одной особенностью отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства является то, что, хотя они и имеют для Китая «стратегическое и долгосрочное» значение, однако в отличие от отношений всеобъемлющего стратегического сотрудничества и партнёрства более высокого, так называемого «третьего, выше среднего уровня категории «4+»,  не являются для Китайского государства «жизненно важными». Данное обстоятельство объективно создаёт условия для, так сказать, менее щепетильного и менее церемонного поведения Китая со «всеобъемлющими стратегическими партнёрами», нежели с теми, с кем Китай выстраивает «всеобъемлющее стратегическое сотрудничество и партнёрство».

Но если в отношениях всеобъемлющего стратегического партнёрства с европейскими экономическими и политическими «грандами», такими как Великобритания, Франция, Германия, ЕС,  Китай демонстрирует «деликатность» и «церемонность» вне зависимости от уровня партнёрства, то в отношениях всеобъемлющего стратегического партнёрства с экономически и политически  гораздо более слабыми,  чем Китай государствами фактор некритичности этих отношений с точки зрения жизненно важных интересов Китайского государства объективно способен спровоцировать некую «вольность» в поведении Китая и соответственно создать ситуацию определённого неравноправия в пользу китайской стороны.

В мае 2023 года Китай и Казахстан приняли документ о сотрудничестве правительства КНР и правительства Республики Казахстан в сфере планирования объёмов производства 产能 и объёмов инвестиций.

В мае 2023 года главы двух государств сделали совместное заявление без конкретного названия,  в котором в частности подтвердили намерение непрерывно углублять  отношения долговечного всеобъемлющего стратегического партнёрства, выстраивать «общую судьбу», основанную на дружбе из поколения в поколение, высоком взаимодоверии, стремлении  быть вместе и в радости и в печали 构建世代友好、高度互信、休戚与共的两国命运共同体

В данном совместном заявлении Китай и Казахстан отметили:»Особенностью отношений Сторон является нерушимая дружба, независимость стратегического диалога от внешних обстоятельств, высокий уровень политического взаимодоверия» 两国关系具有友谊牢不可破、双边对话的战略性不依赖外部环境、政治互信水平高的特点

Стороны высказали намерение укреплять взаимную поддержку в таких ключевых вопросах, как суверенитет, безопасность, территориальная целостность друг друга.

В данном совместном заявлении казахстанская сторона выразила уверенность в том, что КПК, сплотившись, поведёт народы Китая ко всестороннему построению социалистической модернизированной державы, к достижению «второй цели столетней борьбы» и всестороннего великого возрождения китайской нации путём модернизация по китайскому типу.

Задача «великого возрождения китайской нации» была поставлена ещё 15-м съездом КПК в 1997 году, а после избрания Си Цзиньпина генсеком ЦК КПК в ноябре 2012 года этот тезис стал главенствующим. Си Цзиньпин говорил про «китайскую мечту о великом возрождении китайской нации» 中华民族伟大复兴中国梦:»Великое возрождение — величайшая мечта китайской нации в новую эпоху, которая обязательно будет реализована».

На начальном этапе пребывания Си Цзиньпина у власти были намечены два рубежа реализации «китайской мечты о великом возрождении китайской нации»: достижение «первой цели столетней борьбы» 第一个百年奋斗目标 — построение «общества достатка» 小康社会 к 100-летию образования КПК в 2021 году; достижение «второй цели столетней борьбы» 第二个百年奋斗目标 — построение «процветающей и могучей, демократичной и цивилизованной, гармоничной и прекрасной, социалистической современной державы» 富强民主文明和谐美丽的社会主义现代化强国 к 100-летнему юбилею образования КНР в 2049 году.

Раскрывая содержание «китайской мечты», Си Цзиньпин отмечал:«Великое возрождение китайской нации является ключевой идеей «китайской мечты», а практическое воплощение «китайской мечты» означает построение в Китае процветающего и могучего государства, подъём национального сознания, повышение благосостояния народа».

В современном Китае в структуре «китайской мечты» как главной общенациональной идеи различают конкретные направления её реализации, например, в первой пятёрке таких конкретных направлений: «мечта о сильном государстве», «мечта о сильной армии», «мечта о сильной спортивной державе», «мечта о китайской космонавтике», «мечта о китайском авианосном флоте».

Кроме того, в данном совместном заявлении Казахстан заявил о решительной приверженности принципу «одного Китая», отметил, что правительство КНР является единственным легитимным правительством страны, а Тайвань является неотъемлемой частью Китая, выступил против любых форм «независимости Тайваня», подчеркнул, что не имеет никаких официальных контактов с Тайванем, и выразил поддержку всем усилиям китайского правительства, направленным на обеспечение единства страны.

Что касается китайской стороны, то в этом совместном заявлении она сказала о важные успехах, достигнутых в развитии Казахстана «со времени обретения им независимости»,  выразила поддержку казахстанской стороне в деле «строительства справедливого Казахстана», поддержала «выбор Казахстаном собственного пути развития», а также поддержала меры, принимаемые казахстанским правительством для обеспечения внутриполитической стабильности, межнациональной гармонии, социально-экономического развития.

В 2022 году товарооборот между Китаем и Казахстаном составил 31,17 млрд. долларов. Стороны совместно построили первый трансграничный китайский нефтепровод, по которому нефть поступает из Казахстана в КНР. (А.Ш.: Нефтепровод Казахстан-Китай — первый китайский трубопровод прямого импорта нефти, проходит от казахстанского побережья Каспия до Синьцзяна, строительство завершено в июле 2009 года). Кроме того, через территорию Казахстана проходят линии газопровода, по которым КНР получает газ из Средней Азии. (А.Ш.: Магистральный газопровод Казахстан- Китай — часть газопровода Туркменистан-Китай. Первый участок газопровода Казахстан-Китай введён в строй в сентябре 2013 года, второй — в ноябре 2015 года).

Помимо этого, территория Казахстана представляет для Китая «стратегическое и долгосрочное» торгово-экономическое значение, поскольку именно по железным дорогам из Синьцзяна через Казахстан и далее через Россию и Беларусь пролегают кратчайшие маршруты в Европу в рамках существующего с 2013 года китайского трансевразийского мегапроекта «Экономический ПОЯС «Шёлкового Пути». Как сообщается в российских СМИ, в 2024-2025 годах Казахстан планирует построить третий железнодорожный пункт пропуска на границе с КНР  в рамках строительства железнодорожной линии Бахты-Аягоз и завершения реконструкции автодороги «Талдыкорган- Калбатау-  Усть-Каменогорск». За счёт реализации этого проекта будут разгружены уже существующие железнодорожные пункты пропуска на казахстанско-китайской границе — «Достык» и «Алтынколь», а пропускная способность железнодорожных перевозок через казахстанско-китайскую границу возрастёт на 20 млн. тонн.

Инструментом «мягкой силы» Китая в Казахстане являются пять Институтов Конфуция 孔子学院 , построенных китайской стороной.

 

Китай  и  Кыргызстан

 

 

5 января 1992 года были установлены дипломатические отношения между КНР и Кыргызской Республикой, имеется общая граница. В июне 2002 года стороны заключили Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. В 2013 году Китай и Кыргызстан установили отношения стратегического партнёрства, а в июне 2018 года — отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства. В июле 2022 года стороны утвердили план торгово-экономического сотрудничества до 2030 года.                                                                          В мае 2023 года главы двух государств сделали «Совместное заявление об установлении отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства в новую эпоху», в котором в частности говорится:»Стороны высоко оценивают нынешнее состояние отношение Китая и Кыргызстана. С целью дальнейшего укрепления и углубления китайско-кыргызстанских отношений Стороны приняли решение выстраивать отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства в новую эпоху».

В данном совместном заявлении Китай и Кыргызстан заявили о намерении выстраивать «общую судьбу», основанную на добрососедстве, стремлении к общему благу и процветанию 构建睦邻友好、共享繁荣的命运共同体 , а также подчеркнули, что взаимная поддержка в вопросах, затрагивающих ключевые интересы сторон, является главным содержанием китайско-кыргызстанских отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства и главным смыслом общей судьбы Китая и Кыргызстана.                                                                                                    В данном совместном заявлении кыргызстанская сторона высказалась относительно того, что «модернизация по китайскому типу 中国式现代化 открыла путь для реализации новой модели совместного развития через сотрудничество и стремление к общему успеху, позволила решить многие проблемы развития человечества, а  теория и практика модернизации по китайскому типу позволила в значительной степени обновить теорию и практику мировой модернизации».

Впервые о «вступлении социализма с китайской спецификой в новую эпоху» 中国特色社会主义进入新时代Си Цзиньпин заявил 18 октября 2017 года на 19-м съезде КПК, сформулировав «идеи о социализме с китайской спецификой в новую эпоху» 习近平新时代有中国特色社会主义思想

То, что лидер КПК и КНР назвал «новой эпохой» 新时代 , представляет собой финальный временной отрезок начального этапа социализма в Китае, открытого в 1956 году и должного завершиться к столетию образования КНР в 2049 году. 19-й и 20-й съезды КПК подчёркивали, что Китай продолжает оставаться на начальном этапе социализма, а «новая эпоха», открывшаяся после 18-го съезда КПК в ноябре 2012 года (А.Ш.: То есть с момента прихода к власти Си Цзиньпина) – это те десятилетия и годы, когда к 2035 году Китай должен «в основном осуществить социалистическую модернизацию», а к 2049 году должен «достигнуть второй цели столетней борьбы» и превратиться в «процветающую и могущественную, демократичную и просвещённую, гармоничную и прекрасную социалистическую современную державу, в которой осуществится мечта о великом возрождении китайской нации».

Толкование понятия «новая эпоха» в частности давал в феврале 2021 года директор Исследовательского института истории и документации КПК при ЦК КПК Цюй Циншань 曲青山 :»… к середине нынешнего столетия должен произойти всесторонний подъём материальной, политической, духовной, общественной цивилизации Китая, его экоцивилизации, должна быть осуществлена модернизация системы государственного управления и потенциала управления Китая, Китай должен стать государством-лидером по размеру своей совокупной мощи и по степени своего международного влияния, должна быть в основном реализована концепция совместного благополучия всего китайского народа, жизнь китайского народа должна стать ещё более счастливой и стабильной, китайская нация должна ещё более уверенно и твёрдо стоять в ряду других наций мира… Новая эпоха — это эпоха, когда Китай с каждым днём всё ближе к центру мировой жизни, когда он непрерывно вносит всё больший вклад в развитие человечества… Облик КПК, КНР, китайского народа, китайских вооружённых сил в новую эпоху преобразился небывало. Эти изменения оказали глубокое влияние на сам Китай и на весь мир… В новую эпоху социализма с китайской спецификой КПК сплачивает и ведёт за собой народ Китая от расцвета китайской нации к её укреплению, и этот великий взлёт открывает светлые перспективы для великого возрождения китайской нации».

Совместное заявление Китая и Кыргызстана об отношениях партнёрства «в новую эпоху» фактически означает, что такие отношения развиваются в значительной степени в контексте задач стратегического внутреннего развития Китая, что такие отношения во многом подчинены задачам стратегического внутреннего развития Китая.

В данном совместном Китай высоко оценил заметные успехи Кыргызстана в деле сохранения внутриполитической стабильности, экономического развития, повышения своего международного авторитета.

Кыргызстан в данном совместном заявлении выразил твёрдую приверженность принципу «одного Китая», подчеркнул, что правительство КНР является единственным легитимным правительством страны, а Тайвань — неотъемлемая часть Китая, выступил против любых попыток использовать «тайваньскую проблему» для вмешательства во внутренние дела Китая, против любых форм «независимости Тайваня» и высказал решительную поддержку всем усилиям китайского правительства, направленным на обеспечение единства страны.

Кыргызстан также выразил поддержку усилиям правительства КНР, направленным на сохранение национально-культурного многообразия и свободы вероисповедания в СУАР КНР.

Кыргызстан экономически очень сильно зависит от Китая, своего главного торгового партнёра. В 2022 году товарооборот между двумя странами составил 15,5 млрд. долларов, из которых почти 100% , 15,42 млрд. долларов, — экспорт из КНР в Кыргызстан. За первые пять месяцев 2023 года товарооборот между двумя странами составил 6,839 млрд. долларов, из которых опять-таки без малого 100% , 6,501 млрд. долларов, — экспорт из КНР в Кыргызстан.

Китай активно использует свою «мягкую силу» в Кыргызстане. Если в обширном Казахстане функционируют пять китайских Институтов Конфуция, то в относительно небольшом Кыргызстане Китай построил четыре Института Конфуция и открыл двадцать один конфуцианский класс 孔子课堂

 

 

Китай  и Таджикистан

 

 

4 января 1992 года были установлены дипломатические отношения между КНР и Республикой Таджикистан, имеется общая граница.  В январе 2007 года стороны заключили Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. В мае 2013 года стороны установили отношения стратегического партнёрства, в сентябре 2017 года — отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства.                         В мае 2023 года главы двух государств сделали «совместное заявление» без конкретного названия, в котором в частности отметили, что «исходя из обоюдного стремления осуществлять на высоком уровне двустороннее сотрудничество и углублять двусторонние связи,  Стороны намерены прилагать усилия для выстраивания «общей судьбы», основанной на дружбе из поколение в поколение, на желании быть вместе и в радости и в печали, на  стремлении к взаимной выгоде и общему успеху 构建世代友好、休戚与共、互利共赢的命运共同体”

В данном совместном заявлении Китай и Таджикистан заявили о продолжении взаимной поддержки в таких ключевых вопросах, как государственный суверенитет, безопасность и территориальная целостность государства.                                                                                           В данном совместном заявлении таджикистанская сторона выразила уверенность в том, что под руководством ЦК КПК, ядром которого выступает товарищ Си Цзиньпин, Китай к 2035 году в основном выполнит задачи социалистической модернизации, а к середине нынешнего столетия достигнет цели построения процветающей и могущественной, демократичной и просвещённой, гармоничной и прекрасной социалистической модернизированной державы.

Таджикистанская сторона сделала акцент на крайне важных для современного партийного строительства КПК концепциях «двух установок» 两个确立 и «защиты двух обстоятельств» 两个维护                            Концепция «двух установок» это, во-первых, установка о ключевой роли Си Цзиньпина в ЦК КПК, о его ключевом месте во всей КПК и, во-вторых, установка о руководящей роли идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой.

Концепция «защиты двух обстоятельств» это, во-первых, решительная защита статуса генерального секретаря ЦК КПК Си Цзиньпина как «ядра» ЦК КПК, «ядра» всей КПК и, во-вторых, решительная защита авторитета ЦК КПК и единого коллективного руководства со стороны ЦК КПК.

В данном совместном заявлении Китай высоко оценил «выдающиеся результаты», которых Таджикистан под руководством президента Рахмона добивается в процессе политических и социально-экономических реформ, реализации своей «Стратегии государственного развития до 2030 года».

В данном совместном заявлении Таджикистан выразил твёрдую приверженность принципу «одного Китая», подчеркнул, что правительство КНР является единственным легитимным правительством страны, а Тайвань является неотъемлемой частью Китая. Таджикистан решительно выступил против любых форм «независмости Тайваня», заверил, что не имеет с Тайванем никаких официальных контактов и выразил поддержку всем усилиям китайского правительства, направленным на обеспечение единства страны.

Китай со своей стороны заявил о решительной поддержке «открытой и реалистичной внешней политики Таджикистана».

Данный тезис не случаен, он связан с территориальными уступками Китаю, на которые согласился пойти Таджикистан.

 

Как сообщается в материале китайского эксперта из провинции Гуйчжоу, опубликованном 6 сентября 2023 года, главным виновником 罪魁祸首китайско-таджикистанской пограничной проблемы является Царская Россия, которая согласно русско-цинскому Чугучакскому протоколу 1864 года (дословно «Протоколу о делимитации северо-западной границы» 勘分西北界约记), прилагавшемуся к русско-цинскому Пекинскому трактату 1860 года, «оккупировала» 440 тысяч кв.км. территории китайского Северо-Западного Синьцзяна.                                                         По словам китайского эксперта Царская Россия, проигнорировав положение о прохождении фактической линии границы  照顾两国现管之界勘定на Памире 帕米尔 , самовольно перенесла границу с Алайского хребта 阿赖岭 на севере Памира к перевалу Уз-Бель 乌孜别里山口 на Сарыкольском хребте на востоке Памира, а территориальный «треугольник», возникший в результате этих действий, стал называться «несогласованным участком» 待议区

В последующем, говорит китайский эксперт, Царская Россия захватила и другую немалую часть Памира, в результате чего возникли новые «несогласованные участки»,  после распада СССР ставшие причиной китайско-таджикистанских пограничных споров.                                       (А.Ш.: Алайский хребет тянется с северо-востока , из Кыргызстана, на юго-запад, в Таджикистан.

Сарыкольский хребет расположен восточнее Алайского, тянется с севера на юг.                                                                                               Советская сторона не признавала наличие «несогласованных», то есть спорных участков на границе с Китаем на Восточном Памире и постоянно заявляла китайской стороне, что линия границы показана правильно только на картах, изданных в СССР).

Ещё в 1997 году, рассказывает эксперт, Китай и Таджикистан достигли предварительных договорённостей относительно двух спорных участков на границе. В 2002 году в ходе визита президента Таджикистана Рахмонова в КНР Таджикистан согласился уступить Китаю третий спорный участок площадью более 1 тысяча кв.км., — на этом китайско-таджикистанский пограничный спор был исчерпан.

(А.Ш.: В 1992 году общая площадь спорных участков на Восточном Памире составляла 28 тысяч кв.км.: участок №17 — район реки Маркансу; участок №18 — район перевала Каразак 哈喇杂克山口; участок №19 — район южнее перевала Уз-Бель.

3 августа 1999 года было подписано двустороннее соглашение «О таджикско-китайской государственной границе», согласно которому Таджикистан сохранил юрисдикцию относительно спорного участка №18 в районе перевала Каразак, но согласился уступить Китаю 200 кв.км. спорного участка №17 в районе реки Маркансу. Участок №19 — район южнее перевала Уз-Бель оставался «несогласованным».

По заключённому в мае 2002 года дополнительному двустороннему соглашению «О демаркации границы и урегулировании территориальных споров» Таджикистан согласился уступить Китаю территорию Мургабского района на Восточном Памире площадью более 1 тысячи кв.км., то есть «несогласованный участок» №19 южнее перевала Уз-Бель).

Китайский эксперт считает, что общая площадь спорных территорий на Восточном Памире, которые Таджикистан согласился уступить Китаю, на самом деле составила более 2 тысяч кв.км..

В 2011 году, сообщает китайский эксперт, состоялась церемония по случаю демаркации новой линии китайско-таджикистанской границы, на этой церемонии командующий Кашгарским военным подокругом НОАК заявил, что между двумя странами больше не будет территориальных споров.

(А.Ш.: 12 января 2011 года парламент Таджикистана одобрил передачу Китаю 1158 кв.км. спорных территорий на Восточном Памире, то есть спорный участок №19 южнее перевала Уз-Бель.

6 октября 2011 года завершился процесс передачи Китаю этого участка).

Китайский эксперт говорит о том, что на китайских картах 2023 года китайско-таджикистанская граница до сих пор обозначена по-старому, без учёта всех вышеперечисленных двусторонних договорённостей и без учёта новой демаркации границы между КНР и Республикой Таджикистан, однако официального объяснения этому нет.

Со своей стороны он называет главные причины такого несоответствия.

Во-первых, несмотря на межправительственные договорённости нет окончательных законодательных решений по ним, в частности таджикистанский парламент не ратифицировал передачу Китаю всех оговоренных спорных территорий общей площадью более 2 тысяч кв.км..

(А.Ш.: В пункте 6 совместного заявления КНР и Таджикистана в мае 2023 года сказано:»Стороны полагают, что контакты между органами законодательной власти двух стран являются важной составляющей китайско-таджикистанских отношений, что укрепление многостороннего межпарламентского сотрудничества позволит углубить отношения стратегического партнёрства двух стран, станет новой движущей силой их взаимопонимания и взаимодоверия. Стороны поддерживают укрепление взаимодействия между Всекитайским Собранием народных представителей и Парламентом Таджикистана, выступают за продолжение сотрудничества органов законодательной власти двух стран по таким каналам, как деятельность групп дружбы»).

Во-вторых, несмотря на заявления об отсуствии у сторон территориальных претензий Китай не удовлетворён итогами пограничных переговоров с Таджикистаном, поскольку считает всё Памирское плато 帕米尔高原 на Восточном Памире общей площадью 100 тысяч кв.км. исконно китайской территорией, в то время как на сегодняшний день в границах КНР находится менее трети этого плато.

В завершении эксперт отмечает, что какой бы ни была текущая ситуация с территориальным размежеванием двух стран, главное то, что на китайско-таджикистанской границе ситуация остаётся стабильной и бескофликтной в отличие от ситуации на линии фактического контроля между Китаем и Индией.

 

О ситуации на Восточном Памире сообщали и российские СМИ. Так, в материале от 14 мая 2013 года на сайте LENTA.RU рассказывалось, что с подачи таджикистанской оппозиции стало известно о вводе войск НОАК в Мургабский район Горно-Бадахшанской АО Таджикистана, который таджикистанская сторона согласилась уступить Китаю в счёт погашения долга перед ним в соответствии с некими двусторонними договорённостями, которые держатся в секрете.

Российский информресурс сообщает, что с 1992 года Китай предъявлял претензии на три спорных участка китайско-таджикистанской границы: в районе перевала Каразак, в районе реки Маркансу и вдоль Сарыкольского хребта (А.Ш.: То есть в районе южнее перевала Уз-Бель). В 1999 году стороны подписали «Соглашение о таджикско-китайской границе», согласно которому Таджикистан сохранил юрисдикцию в отношении спорного участка в районе перевала Каразак, но уступил 200 кв.км. в районе реки Маркансу.

В 2002 году в ходе визита президента Таджикистана Рахмонова в КНР было подписано «Соглашение о демаркации границы и урегулировании территориальных споров», согласно которому Таджикистан согласился передать Китаю 1158 кв.км. своей территории на Восточном Памире (Мургабский район). (А.Ш.: То есть в районе южнее перевала Уз-Бель). Китай же хотел получить все 28 тысяч кв.км. спорных участков, что составляет 20% территории Таджикистана.

В 2011 году парламент Таджикистана ратифицировал подписанное в 2002 году таджикистанско-китайское соглашение о границе.

В начале апреля 2013 года председатель Общенациональной социал-демократической партии Таджикистана Рахматилло Зойиров заявил, что китайские пограничники проникли на территорию Таджикистана на 20 км. глубже, чем это было оговорено сторонами.

Официальный представитель МИД Таджикистана Абдулфайз Атоев назвал заявление оппозиционера провокацией.

Позднее Зойиров заявил, что факт проникновения китайских пограничников на таджикистанскую территорию на 20 км. глубже, чем было оговорено сторонами, относится не к 2013, а к 2011 году, и что указанное расстояние было названо со слов местных жителей.

Информресурс сообщает, что всё более глубокое проникновение Китая в Таджикистан при полном попустительстве Душанбе вряд ли противоречит истине, однако началось это до того, как таджикистанский парламент в 2011 году одобрил передачу Китаю части таджикистанской территории, и что такого рода проникновение преследует экономические цели, влекущие за собой политические угрозы.

Таджикистан «подсел» на китайские инвестиции, считает информресурс, он является  получателем двух третей средств, инвестируемых Китаем в Центральноазиатский регион, причём, 80% финансовых поступлений из Китая в Таджикистан это кредиты. Информресурс полагает, что нет ответа на вопрос, чем будет расплачиваться Душанбе с Пекином, — как утверждает таджикистанская оппозиция, он будет расплачиваться именно территориями.

Районы Восточного Памира, на которые претендует Китай, богаты ураном, золотом, бокситами, асбестом, горным хрусталём.

Рахмону, считает российский информресурс, необязательно менять границу, достаточно сдавать территорию Памира в аренду Китаю, как это было сделано с сельхозугодьями, и постепенно «стругать земли республики, пока китайские арендаторы не упрутся в границу с Узбекистаном»:«Такая аренда, скорее всего, будет бессрочной. В мировой практике это обычно называется «колонизацией».

 

В пограничных спорах с северо-восточным соседом Кыргызстаном Таджикистан ведёт себя не так миролюбиво, как с Китаем.

7 сентября 2023 года на сайте «Бай Ду» 百度 китайский эксперт анализировал двухдневное вооружённое столкновение между двумя этими среднеазиатскими государствами, произошедшее в конце апреля 2021 года из-за видеокамер, установленных таджикистанской стороной на приграничных столбах ЛЭП.

Истоком конфликта эксперт считает изломанную линию границ бывших советских республик (дословно, «как собачьи зубы» 犬牙交错的) и ставит таджикско-кыргызский конфликт в один ряд с карабахскими войнами и российско-украинским кризисом, называя всё это последствиями распада СССР.

По словам эксперта на кыргызстанско-таджикистанской границе протяжённостью примерно 972 км. значительная часть, 375 км., не демаркирована, поэтому стороны часто конфликтуют из-за использования объектов инфраструктуры и водоснабжения в приграничье.

Кроме того, после распада СССР небольшие и небогатые бывшие советские республики крайне нуждаются в помощи и в финансировании, а американцы ловко используют это обстоятельство для укоренения там своего присутствия путём создания военных баз и биолабораторий 生物研究所

После вынужденного вывода американских войск из Афганистана, рассуждает китайский эксперт, США заинтересованы разместить эти войска в соседних с Афганистаном государствах, прежде всего в Таджикистане и Кыргызстане. Во-первых, потому что они расположены по соседству с Афганистаном, но при этом не подконтрольны Талибану, во-вторых, потому что с территории Кыргызстана и Таджикистана можно перманентно угрожать России и Китаю, в-третьих, потому что дислокация американских войск в Кыргызстане и Таджикистане несравнима по финансовым затратам и потерям личного состава с их дислокацией на территории Афганистана, да ещё позволяет сохранять контроль над обстановкой в Афганистане и соседними с ним районами.

Китайский эксперт сообщает, что в ходе вооружённого столкновения между Таджикистаном и Кыргызстаном президент Кыргызстана Жапаров на правительственном совещании подчеркнул, что наибольшую опасность представляет не собственно конфликт с Таджикистаном, а те силы, которые провоцируют этот конфликт.

В этой связи эксперт задаётся вопросом, случайны или нет происходящие один за другим инциденты близ границ Китая.

Байден по словам китайского эксперта с одной стороны открыто заявлял о недопустимости превосходства Китая над США, но с другой стороны говорил о конкуренции, а не о конфликте с Китаем, поэтому сложно разобраться, где истина в словах этого «дряхлого человека» 步态龙钟的老人

Не может ли быть так, продолжает эксперт, что Байден имел в виду конфликты между соседствующими с Китаем государствами и даже конфликты между самим Китаем и его соседями? Не вписывается ли в логику  Байдена недавнее осложнение на линии фактического контроля между Китаем и Индией, на фоне которого США потирали руки 忙得不亦乐乎 ? Не исключено, делает вывод китайский эксперт, что США дестабилизируют обстановку на границах Китая, чтобы помешать его развитию.

К югу от Китая, продолжает он, расположена Мьянма, где произошёл военный переворот, и ситуация там грозит обернуться «второй Сирией», в то время как через территорию Мьянмы проходит нефтепровод в Китай.

Кыргызстан и Таджикистан — добрые соседи на северо-западных границах Китая, принимающие государства на маршрутах «ПОЯСА и ПУТИ» из Китая в Европу, поэтому, рассуждает китайский аналитик, если соотнести процесс выстраивания  Китаем «общей судьбы» с соседними государствами и китайско-американские геополитические «игры», то получается, что вполне может иметь место американский фактор, провоцирующий напряжённость вблизи границ Китая.

 

В 2022 году объём товарооборота между Китаем и Таджикистаном составил 2,599 млрд. доларов, из которых львиную долю занимает китайский экспорт в Таджикистан — 2,217 млрд. долларов. Китай является главным инвестором в экономику Таджикистана и его третьим торговым партнёром. Инструментом «мягкой силы» Китая в Таджикистане являются два Института Конфуция, построенные китайской стороной.

 

 

Китай  и  Туркменистан

 

 

6 января 1992 года были установлены дипломатические отношения между КНР и Туркменистаном, политические проблемы у них отсутствовали, общей границы не имеется.  В 2013 году стороны установили отношения стратегического партнёрства. В мае 2014 года стороны заключили «Договор о дружбе и сотрудничестве».                       В январе 2023 года главы КНР и Туркменистана сделали совместное заявление без конкретного названия, в котором в частности сказано:»Стороны заявляют об установлении китайско-туркменистанских отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства и о дальнейшем углублении китайско-туркменистанского всенаправленного сотрудничества 全方位合作 Думая о будущем своих стран и народов, стороны намерены продолжать развитие отношений партнёрства, основанных на дружбе из поколения в поколение, на желании быть вместе и в радости и в печали, на стремлении ко взаимной выгоде и общему успеху, намерены выстраивать общую судьбу».

Стороны отметили, что взаимная поддержка в вопросах, затрагивающих ключевые интересы Китая и Туркменистана, является основным содержанием китайско-туркменистанских отношений.

В данном совместном заявлении туркменистанская сторона пожелала китайскому народу под руководством КПК осуществить всестороннее строительство социалистической модернизированной державы, достичь «второй цели столетней борьбы» и всестороннего великого возрождения китайской нации путём модернизации по китайскому типу.

Кроме того, туркменистанская сторона подтвердила, что правительство КНР является единственным легитимным правительством Китая, а Тайвань — неотъемлемая часть Китая. Туркменистанская сторона заявила о решительной приверженности принципу «одного Китая», решительно выступила против любых форм «независимости Тайваня», выступила в поддержку мирного развития отношений между обоими берегами Тайваньского пролива и поддержала все усилия китайского правительства, направленные на обеспечение единства страны.

Китайская сторона в данном совместном заявлении высоко оценила блестящие успехи, достигнутые Туркменистаном за годы «независимости», подтвердила, что поддерживает политику и меры туркменистанского руководства и правительства, направленные на сохранение стабильности государства и ускорение его развития.

Китайская сторона также выразила уверенность в достижении всех целей, заявленных в документе «Возрождение державы в новую эпоху: основные положения социально-экономического развития Туркменистана на период 2022 -2052 годов». (А.Ш.: Турменистан «позаимствовал» китайское политическое понятие «новая эпоха» для своей долгосрочной программы социально-экономического развития).

В совместных заявлениях с КНР среднеазиатские государства говорят о намерении выстраивать с Китаем «общую судьбу» 命运共同体

Понятие «общая судьба человечества», которое также переводят как «сообщество единой судьбы человечества» 人类命运共同体 , прозвучало в докладе 18-му съезду КПК в ноябре 2012 года, когда генеральным секретарём ЦК КПК был избран Си Цзиньпин.                                                                 17 января 2017 года на открытии ежегодного всемирного экономического форума в Давосе председатель КНР Си Цзиньпин сказал:»Нравится это или нет, но мировая экономика — это океан, не погрузиться в который невозможно. Заниматься протекционизмом — всё равно, что, спрятавшись в тёмной комнате, не только укрыться от ветра и дождя, но и лишить себя света и воздуха».

18 января 2017 года, выступая в штаб-квартире ООН в Женеве с речью «Совместно строить общую судьбу человечества», председатель КНР Си Цзиньпин заявил:»Развитие Китая идёт на пользу международному сообществу, Китай внёс свой вклад в глобальное развитие. Китай продолжит осуществлять взаимовыгодную стратегию открытости, будет предоставлять всем странам мира возможность развиваться вместе с собой, будет приветствовать все страны в качестве попутчиков Китая на пути развития… Китайский проект заключается в следующем: создавать общую судьбу человечества, во имя общего блага совместно добиваться успеха и делить плоды успеха на всех».

Как поясняют китайские эксперты, мир, в котором народы «с общей судьбой» будут «во имя общего блага совместно добиваться успеха и делить плоды успеха на всех», представляет собой новую цивилизационную глобальную модель хозяйствования, основанную на принципах гармонии, гуманизма, братства, на понимании того, что «мир — одна семья», что «мир — одна глобальная деревня», что «вы среди нас, а мы среди вас».

В докладе 19-му съезду КПК в октябре 2017 года Си Цзиньпин сказал:»Дипломатия с китайской спецификой должна быть нацелена на формирование системы международных отношений нового типа и на создание общей судьбы человечества».

В марте 2018 года решением 1-й сессии ВСНП 13-го созыва понятие «общая судьба человечества» было внесено в Преамбулу действующей Констиуции КНР 1982 года.

Понятие «общая судьба человечества» также является важной составной частью «идей Си Цзиньпина о социализме с китайской спецификой в новую эпоху».

В последние годы китайское понятие «общая судьба человечества» стало официально использоваться в документах ООН.

Понятие «общая судьба человечества» восходит к тезису Конфуция о «великом единении» 大同 , который появился в период непрекращавшихся междоусобных войн на территории древнего Китая, так называемого «периода Вёсен и Осени». Конфуций призывал общество любви, дружбы и взаимопомощи, спокойствия и процветания, без войн, смут и криминала.

Конфуцианский идеализм понятен, но в обозримом будущем неосуществим. Оседлав «конька» «великого единения», современный Китай «обволакивает» неханьские народы, «соблазняет» их прекрасной картинкой.

Например, президент Сербии Вучич после выступления Си Цзиньпина 17 января 2017 года в Давосе заявил:»Считаю, что выступление президента Си в Давосе было очень сильным, в тот день оно, словно произвело революцию. Все буквально влюбились в президента Китая».

Горячими сторонниками идеи «общей судьбы человечества», как правило, выступают развивающиеся страны, сильно зависимые от китайских инвестиций и китайской экономики. Например, посол Эфиопии в КНР в 2017 году заявил:»При глобализации так, как её трактует Китай, не отстанет никто, никто не окажется в нищете, ни в Африке, ни в Азии, ни в Европе, ни в Америке, — нигде».

При этом и сомневающихся немало. Например, заместитель директора Института международной стратегии Китайского НИИ международных проблем Су Сяохуэй (женщина) 苏晓晖 отмечала:»Председатель Си неоднократно подчёркивал, что во многих странах не понимают смысл выражения «общая судьба человечества», спрашивают у нас, что значит, когда «судьбы вместе».

Чтобы понять взаимосвязь наших судеб, достаточно увидеть, что мир — это одна «глобальная деревня». Поэтому, когда мы сталкиваемся с общими проблемами, мы  должны не ставить подножки друг другу, а преодолевать трудности совместными усилиями, так сказать, быть в одной лодке. Концепция «общей судьбы», предложенная Китаем, даёт возможность многим странам понять: Китай не преследует корыстные интересы, а думает об общих интересах и об общей судьбе всего человечества».

Скажем так, если бы Китай «не преследовал корыстные интересы», он не стал бы тем Китаем, которым является сегодня. Вовлечение стран мира в «сообщество единой судьбы» определённо на пользу глобальным экономическим мегапроектам Китая, поскольку делает эти страны участниками китайских мегапроектов, стимулирует их  работать на благо китайских мегапроектов.

Да, Китай инвестирует в «помощников», в «сообщников» по «единой судьбе», помогает им экономически, но не следует забывать, что прибыль, которую он получает от такого рода сотрудничества, неизмеримо больше понесённых затрат. Понимая это, более-менее самостоятельные геополитические «игроки» реагируют на призывы Китая влиться в «сообщество единой судьбы» достаточно осмотрительно.

В 2022 году объём товарооборота между КНР и Туркменистаном составил 11,181 млрд. долларов, из которых бОльшая часть, 10,314 млрд. долларов, — экспорт из Китая в Туркменистан. Китай и Туркменистан запустили три линии газопровода, протяжёностью 1833 км, по которым через территорию Узбекистана и Казахстана туркменистанский газ поступает в Синьцзян. (А.Ш.: Газопровод «Туркменистан — Китай», также называется «Трубопровод Центральная Азия — Китай», введён в строй 14 декабря 2009 года).

В школах Туркменистана имеются классы с изучением китайского языка. В Китайском Центральном университете национальностей (г.Пекин)  и в Пекинском Университете иностранных языков готовят специалистов со знанием русского и туркменского языков.

 

 

Китай и Узбекистан

 

 

2 января 1992 года КНР и Республика Узбекистан установили дипломатические отношения, общей границы не имеется. В 2012 году стороны установили отношения стратегического партнёрства, в сентябре 2013 года заключили «Договор об отношениях дружбы и сотрудничества», в 2016 году установили отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства.

В сентябре 2022 года главы КНР и Узбекистана сделали совместное заявление без конкретного названия, в котором подчёркивалось:»Китайско-узбекистанские отношения всеобъемлющего стратегического партнёрства остаются на высоком уровне взаимодействия и являются образцом межгосударственных отношений в Среднеазиатском регионе».

В мае 2023 года главы КНР и Узбекистана сделали совместное заявление без конретного названия, в котором в частности сказано:»В стремлении к светлому будущему и совместному процветанию двух стран Стороны намерены всесторонне повышать уровень практического сотрудничества во всех сферах деятельности, обогащать содержание китайско-узбекистанских отношений всеобъемлющего стратегического партнёрства в новую эпоху. Стороны намерены расширять взаимовыгодное сотрудничество, укреплять отношения дружбы и партнёрства, выстраивать общую судьбу».

В данном совместном заявлении Китай и Узбекистан заявили о твёрдой взаимной поддержке в таких ключевых вопросах, как государственный суверенитет, безопасность государства, его территориальная целостность.

В данном совместном заявлении  узбекистанская сторона пожелала народу Китая под руководством КПК  осуществить всестороннее строительство социалистической модернизированной державы, достичь «второй столетней цели борьбы» и всестороннего великого возрождения китайской нации путём модернизации по китайскому типу.

Кроме того, узбекистанская сторона решительно высказалась в поддержку принципа «одного Китая», подтвердила, что правительство КНР является единственным легитимным правительством страны, а Тайвань является неотъемлемой частью Китая. Узбекистанская сторона подтвердила, что не имеет с Тайванем никаких официальных контактов, решительно высказалась в поддержку мирного развития отношений между обоими берегами Тайваньского пролива и всех усилий китайского правительства, направленных на обеспечение единства страны.

Со своей стороны Китай в данном совместном заявлении высоко оценил важные успехи, достигнутые Узбекистаном под руководством президента Мерзиёева в деле проведения политических, экономических и социальных реформ, а также значительный прогресс, достигнутый в развитии Узбекистана «за период независимости».

Китайская сторона также заявила о том, что под руководством президента Мерзиёева Узбекистан сумеет успешно реализовать свою «Стратегию развития Нового Узбекистана» на период 2022-2026 годов и в полном объёме достигнет всех намеченных целей развития.

Китайская сторона в данном совместном заявлении выразила решительную поддержку выбору Узбекистаном «собственного пути развития», поддержала сбалансированный подход Узбекистана к решению важных политических вопросов и к проведению социально-экономических реформ.

Китайская сторона в данном совместном заявлении выразила поддержку мирной, открытой, реалистичной внешней политике Узбекистана, способствующей стабильности и совместному процветанию не только в Среднеазиатском регионе, но и во всём мире.

Китайская сторона в данном совместном заявлении выразила горячие поздравления Узбекистану по случаю упешного проведения всенародного референдума о принятии новой Конституции, подчеркнув, что эта Конституция станет гарантией дальнейшего осуществления долгосрочной стратегии развития, повышения благосостояния народа Узбекистана. (А.Ш.: Новая редакция Конституции Республики Узбекистан принята путём всенародного голосования на референдуме 30 апреля 2023 года).

Китайская сторона в данном совместном заявлении высоко оценила роль Узбекитстана в деле углубления регионального сотрудничества, добрососедства и дружбы, укрепления связей с соседними государствами, снижения рисков потенциальных региональных конфликтов, повышения собственной инвестиционной привлекательности 投资吸引力 и развития «духа среднеазиатского партнёрства».

Китайская сторона в данном совместном заявлении отметила, что регулярные консультации глав среднеазиатских государств имеют важное значение и представляют собой эффективную диалоговую платформу для обсуждения насущных проблем Среднеазиатского региона.

Никому из прочих среднеазиатских государств в сделанных с ними в 2023 году совместных заявлениях Китай не уделил столько внимания и не выказал столько политического уважения, сколько Узбекистану, в 2022 году назвав свои отношения с ним «образцом межгосударственных отношений в Среднеазиатском регионе».

На официальном сайте МИД КНР нет никакого упоминания об Институтах Конфуция и конфуцианских классах в Узбекистане.

Чуть увереннее, чем некоторые его среднеазиатские соседи выглядит Узбекистан и во внешнеторговых отношениях с Китаем.

В 2020 году объём товарооборота между Китаем и Узбекистаном составил 6,628 млрд. долларов, из которых бОльшая часть, 5,145 млрд. долларов — экспорт из КНР в Узбекистан. В 2021 году объём товарооборота между Китаем и Узбекистаном составил 8,051 млрд. долларов, из которых более половины, 5,896 млрд. долларов, — экспорт из КНР в Узбекистан. В 2022 году объём товарооборота между Китаем и Узбекистаном составил 9,78 млрд. долларов, из которых порядка трёх четвертей, 7,504 млрд. долларов, — экспорт из КНР в Узбекистан.

 

 

Саммит в Сиани

 

Совместные заявления глав КНР и Казахстана, КНР и Кыргызстана, КНР и Таджикистана, КНР и Узбекистана в мае 2023 года оказались приурочены к саммиту лидеров Китая и пяти среднеазиатских государств в городе Сиань провинции Шэньси (КНР) 18-19 мая 2023 года. (А.Ш.: На баннерах в Сиани было написано по-русски: «Саммит «Китай – Центральная Азия»).

 

Как сообщалось на сайте «ВЕДОМОСТИ» 21 мая 2023 года, на саммите была достигнута договорённость о проведении раз в два года встреч лидеров государств в формате «Центральная Азия — Китай»; следующая встреча состоится в Казахстане в 2025 году.

Как сообщает информресурс, Си Цзиньпин заявил, что Китай готов способствовать укреплению потенциала правоохранительных органов и армий стран региона и пообещал «поддержать их независимые усилия по обеспечению региональной безопасности и борьбе с терроризмом, а также работать с ними над укреплением кибербезопасности». Он также сообщил, что работает над созданием в Китае антитеррористического центра для обучения сил безопасности среднеазиатских государств.

Как соощает информресурс, научный руководитель Института Китая и современной Азии Лукин сказал следующее:»Из этого региона исходят террористические угрозы — главным образом для СУАР КНР. Поэтому китайские руководители вкладывают ресурсы в безопасность Среднеазиатского региона и принимают участие в подготовке антитеррористических сил среднеазиатских государств. В меньшей степени регион важен Китаю с точки зрения экономического сотрудничества: ресурсов этих государств недостаточно для удовлетворения китайских потребностей».

(А.Ш.: Не ресурсами Средней Азии едиными существует Китай, однако природные богатства и геостратегическая важность региона не могут не привлекать его внимания, а потому недопустимо ставить вопрос борьбы с радикализмом во имя обеспечения внутриполитической стабильности в СУАР КНР выше экономической заинтересованности Китая в Средней Азии. Во всяком случае у Китая вполне достаточно возможностей, чтобы действовать на обоих направлениях одновременно и с одинаковой эффективностью).

Информресурс также сообщает, что за первые четыре месяца 2023 года товарооборот Китая с пятью среднеазиатскими государствами вырос на 37% по сравнению с аналогичным периодом 2022 года и составил более 25 млрд. долларов, о чём сообщило Главное таможенное управление КНР. По итогам 2022 года объём товарооборота Китая с пятью среднеазиатскими государствами составил более 70 млрд. долларов.

 

Со ссылкой на агентство Синьхуа массовый континентальный сайт «Бай Ду» 百度 19 мая 2023 года привёл текст итоговой декларации саммита в Сиани 中国-中亚峰会西安宣言 , в которой в частности говорится:

»… С учётом паузы продолжительностью в сто лет и глядя в будущее, шесть государств — участников саммита приняли решение рука об руку строить ещё более сплочённую общую судьбу Китая и Средней Азии…

Китайская сторона решительно поддерживает выбранный среднеазиатскими государствами путь развития…

Среднеазиатские государства высоко оценивают бесценный опыт государственного управления, накопленный Коммунистической партией Китая, убеждены в том, что путь модернизации по китайскому типу имеет важное значение для мирового развития. Среднеазиатские государства подтверждают приверженность принципу «одного Китая»…

Стороны полагают, что контакты органов законодательной власти имеют важное значение для глобального сотрудничества, направленного на поддержание мира, безопасности и стабильности…

Стороны высоко оценивают важность совместного участия в инициативе «ПОЯС и ПУТЬ» 一带一路 для международного сотрудничества, рассматривают десятилетие реализации этой инициативы как новую отправную точку совместного участия в ней, намерены более тесно соотносить инициативу «ПОЯС и ПУТЬ» с новой экономической политикой Казахстана «Светлый путь» 光明之路(А.Ш.: С ноября 2014 гола), с «Основными положениями государственного развития Кыргызстана до 2026 года» 2026年前国家发展纲要 , со «Стратегией государственного развития Таджикистана до 2030 года» 2030年前国家发展战略 , со стратегией Туркменистана «Возрождение Великого Шёлкового Пути» 复兴丝绸之路战略 (А.Ш.: Январь 2022 года), со «Стратегией развития Нового Узбекистана» на период 2022-2026 годов 新乌兹别克斯坦2022-2026年发展战略 (А.Ш.: Утверждена 28 января 2022 года)…

Китайская сторона приглашает среднеазиатские государства принять участие в реализации плана «Культурный Шёлковый Путь» 文化丝路…

Стороны полагают необходимым углубление сотрудничества в области здравоохранения и медицины, создание центров традиционной китайской медицины и фармакологии 中医药中心 , расширение сотрудничества в сфере выращивания и переработки лекарственных растений , выстраивание «Великого Шёлкового Пути Здоровья» 健康丝绸之路…

Китайская сторона намерена продолжать выделять квоты на правительственные стипендии 政府奖学金名额 для обучения в Китае учащихся из среднеазиатских стран. Стороны намерены развивать систему профтехобразования «Лубаньских мастерских» 鲁班工坊 (А.Ш.: Китайская система профтехобразования, названная по имени легендарного изобретателя древности Лу Баня; обучают специалистов в сфере автоматизации производства, энергетики, строительства, транспорта, связи, IT, традиционной китайской медицины)…

Стороны поддерживают усилия по превращению Афганистана в мирное, стабильное, процветающее государство, избавленное от угрозы терроризма, войн, наркотиков…»

 

Китайское понятие «ПОЯС и ПУТЬ» 一带一路 типичное для китайского языка сокращение двух развёрнутых понятий: «Экономический ПОЯС «Шёлкового Пути» 丝绸之路经济带 и «Морской «Шёлковый ПУТЬ» 21-го века» 21世纪海上丝绸之路

Инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» была предложена председателем КНР Си Цзиньпином осенью 2013 года в ходе визитов в Казахстан и Индонезию.

«ПОЯС и ПУТЬ» был выдвинут Китаем именно как «инициатива» 倡议, а не как «стратегия» или «план» для восприятия миром в качестве проекта взаимовыгодного сотрудничества, а не проекта, выгодного только Китаю. Философская идея, лежащая в основе инициативы «ПОЯС и ПУТЬ» выражена в трактате Конфуция «Беседы и суждения»: «Благородные мужи пребывают в гармонии, но это не значит, что они потакают друг другу, что они заодно» 君子和而不同  Применительно к инициативе «ПОЯС и ПУТЬ» в изложении китайской стороны это гармоничное, добровольное, осознанное сотрудничество самостоятельных интересантов. Тем более, что вторая часть конфуцианской мудрости звучит:»Недостойные люди заодно, но это не гармония» 小人同而不和

Ранее, в марте 2013 года в ходе визита в Москву, Си Цзиньпин выдвинул идею «Великого Чайного Пути» 茶路 , назвав его «русские маршруты» 17-19 веков «артериями столетий — предвестниками современных коммуникационных линий, в том числе трансграничных трубопроводов».

Исторические коммуникационные линии «северного русского маршрута» «Великого Чайного Пути» (Ухань — Пекин — Хух-Хото — Урга (Улан-Батор) — Красноярск — Нижний Новгород – Москва – Санкт-Петербург) во многом совпадают с маршрутами «Экономического ПОЯСА «Шёлкового Пути».

В 2014 году во время визита в Монголию Си Цзиньпин подчеркнул необходимость сопряжения исторических коммуникаций «Великого Чайного Пути» с современными коммуникациями «Экономического ПОЯСА «Шёлкового Пути», подчеркнув, что «Великий Чайный Путь» — важное историко-культурное наследие, доставшееся народам Китая, Монголии и России, цивилизационный ресурс для создания современного «китайско-монгольско-российского экономического «коридора».

В настоящее время Китай активизирует усилия с целью популяризации своей концептуальной геоэкономической инициативы «ПОЯС и ПУТЬ» и дальнейшего вовлечения в неё новых участников, подверждением чему стал, как сообщают российские СМИ, 3-й международный форум «Один пояс, один путь» в Пекине 17-18 октября 2023 года, посвящённый десятилетию китайской инициативы; участие в форуме приняли 130 государств и 30 международных организаций, из них «чисто европейских» государств было всего два — Сербия и Венгрия.

(А.Ш.: В русском языке, флективном по своей структуре, число имён существительных выражается с помощью их меняющихся окончаний, например, «дом – дома», «книга – книги», «окно-окна» и т.д..

Китайский язык по своей структуре является изолирующим языком, в его основе неизменяемые слогоморфемы, и число имён существительных в китайском языке выражается с помощью самостоятельных слогоморфем с функцией числительных.

Поэтому нет ничего странного в том, что китайцы, говоря про «пояс и путь» 一带一路 , употребляют с этими существительными числительное  一 «один». Данную лингвистическую особенность китайского языка переносить в русскоязычный вариант перевода не нужно, более того, неграмотно с точки зрения стилистики русского языка, поскольку в русском языке из понятия «пояс и путь» и так ясно, что речь идёт именно об «одном поясе» и об «одном пути», а не о «поясах» и «путях».

А вот если бы китайцы говорили не про «пояс и путь», а про «пояса и пути», они бы не употребляли с этими существительными числительное «один» 一 , и было бы 带路 “пояса и пути», а не 一带一路 “пояс и путь»).

 

В качестве послесловия к саммиту в Сиани сайт «Бай Ду» 百度20 мая 2023 года опубликовал материал “Китай и Средняя Азия: добрососедство через тысячелетие” 中国与中亚:跨越千年的友好邻邦 , в котором сообщалось следующее:

«В эпоху Тан отношения Китая со Среднеазиатским регионом достигли пика, китайско-среднеазиатское сотрудничество и контакты в ту пору носили тесный характер в политической, военной, экономической, культурной сферах. Принявший саммит город Сиань являлся столицей Танской империи.

Наиболее известным буддистом, учёным, философом,  переводчиком в танской Сиани был  Сюань Цзан 玄奘 (602-664), внёсший огромный вклад в культурный обмен между Китаем и Средней Азией.

Из-за колониальной политики Царской России и Советского Союза контакты Китая со Средназиатским регионом были по сути прерваны на более, чем 100 лет, и только после распада СССР в 1991 году суверенные Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан установили официальные дипломатические отношения с КНР, — это событие позволило возобновить дружбу и сотрудничество Китая и Средней Азии.

В геополитическом смысле государства Среднеазиатского региона занимают важное место и играют важную роль: на севере они граничат с Россией, на востоке с Китаем, на юге с Афганистаном и Ираном, на западе выходят к Каспию, за которым начинается Кавказский регион. Средняя Азия — транспортный перекрёсток Евразии, важная составляющая древнего «Великого Шёлкового Пути».

Средняя Азия и Афганистан — место, где исторически встречаются западная и восточная цивилизации. Особое, стратегическое значение имеет Афганистан, за контроль над которым десятилетиями боролись Россия и США, но в конечном итоге потерпели поражение. Почти 10 лет потратил на Афганистан Советский Союз и 20 лет США, но, израсходовав колоссальные военные и экономические ресурсы, они так и не смогли стабилизировать обстановку в этой стране и были вынуждены убраться восвояси.

Совсем не так, как Россия и США, проводит политику в отношении Афганистана Китай, делая ставку на выстраивание дружеских отношений с ним через экономическое сотрудничество.  Ситуацию с проявлениями радикализма в Афганистане, Пакистане и пяти среднеазиатских государствах, Китай рассматривает комплексно, что с одной стороны свидетельствует о внимании КНР к этому большому региону, а с другой — способствует его долгосрочной стабилизации и развитию.

Средняя Азия богата природными ресурсами, которые ещё не используются в полной мере. Здесь нефть, газ, редкозёмы,  хлопок, но не развита транспортная инфраструктура, сложности с добычей и переработкой сырья. Кроме того, здесь проблемы с водными ресурсами, проблемы, связанные с изменением климата и загрязнением окружающей среды, что негативно влияет на динамично растущий, но аграрно зависимый социально-экономический комплекс региона.

Предложенная Си Цзиньпином десятилетие назад инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» имеет важное значение для международного сотрудничества, смысл этой инициативы в создании «Нового Шёлкового Пути», соединяющего цивилизации Запада и Востока по маршрутам древнего «Великого Шёлкового Пути».

У инициативы «ПОЯС и ПУТЬ» две составляющие:  «Экономический ПОЯС «Шёлкового Пути» и «Морской «Шёлковый ПУТЬ» 21-го века».                                               «ПОЯС и ПУТЬ» объединяют более 60 государств и регионов Азии, Европы, Африки с населением более 60%  и экономическим потенциалом более 30% от общемирового.

Инициатива  «ПОЯС и ПУТЬ» — вклад Китая в дело мира и в общемировое развитие, основа для общего блага и процветания Китая и всех стран мира.

Инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» основана на принципах совместного ведения хозяйства 共商 , совместного созидания 共建 , стремления к общему благу 共享 , на понятиях открытости 开放, экологичности 绿色, честности 廉洁 , ориентирована на сотрудничество в пяти областях: политическая коммуникация 政策沟通 ,  инфраструктурное единение   设施联通 , бесперебойная торговля 贸易畅通 , финансовая интеграция 资金融通 ,  контакты между людьми 民心相通

Инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» нацелена на выстраивание сообщества интересантов 利益共同体 , сообщества ответственных 责任共同体 , на выстраивание общей судьбы  命运共同体 , что подразумевает политическое взаимодоверие 政治互信 , экономическую интеграцию 经济融合 , взаимопроникновение культур 文化包容

Для Среднеазиатского региона инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» — уникальный 难得的 шанс развития, значимая возможность сотрудничества и партнёрства.

Для Средней Азии инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» важна в следующем:

в политическом смысле даёт она возможность среднеазиатским государствам укреплять политическое взаимодоверие и сотрудничество в сфере безопасности с Китаем, другими государствами и регионами на маршрутах «ПОЯСА и ПУТИ», обеспечивать стабильность и противодействие терроризму в своём регионе,  сотрудничать и взамодействовать с различными государствами и регионами на принципах равенства, взаимной выгоды, открытости, действовать в рамках системы международного порядка (А.Ш.: «Сотрудничать и взаимодействовать с различными государствами и регионами на принципах равенства, взаимной выгоды, открытости» — так китайские эксперты раскрывают смысл понятия «многосторонность» 多边主义) ;

в экономическом смысле она предоставляет среднеазиатским государствам больше возможностей для доступа к инвестициям и к рынкам, позволяет надёжнее гарантировать свою транспортную, инфраструктурную, энергетическую безопасность, способствует подъёму их производства и диверсификации 多元化 их экономики, повышению уровня жизни и снижению бедности их населения;

в гуманитарном смысле она позволяет среднеазиатским государствам активизировать обмен с другими государствами и регионами в сферах образования и культуры, укреплять взаимопонимание и взаимоуважение в отношениях с другими государствами и регионами в национально-религиозных вопросах, оживлять межцивилизационный диалог и расширять культурное многообразие, наследовать дух «Великого Шёлкового Пути».

Считаю, что инициатива «ПОЯС и ПУТЬ» оказывает активное и глубокое влияние на Среднеазиатский регион, эта инициатива станет новой движущей силой и новой платформой развития и сотрудничества среднеазиатских государств, позволит им внести заметный вклад в миссию формирования общей судьбы человечества».

 

За три с лишним десятилетия после распада СССР Китай занял место «большого старшего брата» Казахстана и четырёх бывших среднеазиатских советских республик – нынешних пяти суверенных среднеазиатских государств.

Доминируя в торгово-экономических отношениях с ними, Китай при этом пытается играть роль их «куратора» и в других областях,  от политики до сферы гуманитарно-образовательных контактов, однако непосредственно в военном плане в Среднеазиатском регионе не присутствует. Не происходит этого по причине традиционной внешнеполитической осторожности Китая, а также его стратегической заинтересованности в России как геополитическом военном «щите» и как следствие нежелания конкурировать с Россией в той единственной сфере, где она сохраняет остатки своего державного влияния на Среднюю Азию, объединяя в ОДКБ граничащие с Китаем Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан и присутствуя двумя военными базами соответственно в Кыргызстане и в Таджикистане.

В отношениях с крупным Казахстаном Пекин делает акцент на «независимости двустороннего стратегического диалога от внешних обстоятельств», тем самым, скорее всего, давая понять Москве, что в китайско-казахстанских отношениях (а лучше, если бы вообще в Казахстане) она «третий лишний».

Явно политически зависимым от  Китая является небольшой, небогатый Кыргызстан, официально согласившийся с тем, что его отношения с КНР выстраиваются в «новую эпоху», то есть в эпоху решения грандиозных стратегических задач сугубо внутреннего развития Китая.

Россия, как и Кыргызстан, признаёт соотнесённость своих отношений с Китаем с «новой эпохой», однако такого рода внешнеполитический ход Москвы — часть её геополитической «игры» в «стратегическом треугольнике США-Китай-Россия», да и нуждается Китай в военно-политической поддержке России на мировой арене не меньше, чем Россия в экономической и политической поддержке Китая. Кыргызстан же, признавая свои отношения с Китаем соотнесёнными с «новой эпохой», политически склоняет голову перед Пекином безоговорочно.

С учётом возможной скрытой неудовлетворённости Китая результатами территориального размежевания с Таждикистаном  остаются большие вопросы по поводу будущих отношений с КНР этого, как и Кыргызстан, тоже небольшого, тоже небогатого, да ещё и сильно кредитозависимого от Пекина государства.

Возможно, чуть проще Туркменистану и Узбекистану, не имеющим с Китаем общих границ.

Туркменистан — главный в Среднеазиатском регионе поставщик природного газа для Китая. Собственно, это единственное, в чём заключается стратегический интерес Пекина к этому государству, по крайней мере на сегодняшний день.

Что касается Узбекистана, то, вероятно, с точки зрения Китая это один из его наиболее «трудных» в политическом смысле среднеазиатских визави.

«Трудность» заключается в том, что «напрямую», через общую границу, Узбекистан с КНР не связан, а следовательно Китаю невозможно «поймать» его на пограничных противоречиях и на этой почве добиться над ним политико-экономического верховенства, как над Таджикистаном. Кроме того, по меркам Среднеазиатского региона у Узбекистана неплохой военно-экономический потенциал, объективно позволяющий ему, разумеется, не на равных, но во всяком случае с недоступной тем же Кыргызстану и Таджикистану долей самостоятельности вести диалог с Китаем. При этом Россия делает то, что в её силах, для подпитки военно-экономического потенциала Узбекистана, например, в начале октября 2023 года открыв промышленные поставки своего природного газа в эту страну через территорию Казахстана.

Тем не менее объединяющей тенденцией в отношениях КНР со среднеазиатскими государствами является единогласное декларирование ими «выстраивания общей судьбы с Китаем», то есть демонстрация  ими готовности следовать в русле прежде всего геоэкономической стратегии Китая под его патронажем.

 

 

Часть 2.   Китай и Афганистан.

 

К 1757 году Цинский Китай уничтожил ойратское Джунгарское ханство в Западной Монголии, а к 1759 году окончательно покорил ранее зависимую от Джунагарского ханства Кашгарию — современный Южный Синьцзян. В результате завоевания Цинами Кашгарии Китай и Афганистан стали государствами-соседями.

Как сообщается в книге «Китай и соседи в новое и новейшее время», АН СССР, ордена Трудового Красного Знамени Институт востоковедения, издательство «Наука», главная редакция восточной литературы, Москва, 1982, с.с.217-231, в тот период границы Афганистана сильно расширились в результате удачных походов в соседние страны основателя пуштунской империи Дуррани (1747-1823) Ахмад-шаха, присоединившего к афганским землям ряд территорий Туркмении, Восточного Ирана, Северной Индии. Могущество империи Дуррани в тот период было значительным, на её фоне Бухарское ханство (1506-1785) и ряд бекств, тяготевших к Кокандскому ханству (1709-1876), выглядели гораздо слабее.

Обо всех этих событиях в Цинском Китае почти ничего не знали, традиционно воспринимая новых соседей на западных рубежах как «данников» и «вассалов», тем более, что некоторые из них действительно признали свой вассалитет по отношению к Китаю. Так, Бадахшан признал себя вассалом Цинов в 1760 году, с 1774 до 1798 года вассалом Цинов признавало себя Кокандское ханство.                     В большинстве случаев признание вассалитета по отношению к Цинской империи не наносило ущерба фактической независимости таких государств, их авторитету и престижу и имело значение прежде всего для формального удовлетворения политических амбиций многовекового Китайского государства.

Однако следует отметить, что, например, факт признания Бадахшаном своего вассалитета по отношению к империи Цин носил отнюдь не добровольный характер. После побега кашгарских ходжей в это горное государство цинские войска активно готовились к вторжению в Бадахшан, и его правитель был вынужден капитулировать. Он выдал китайцам голову одного из ходжей, умершего от ран, и направил посольство с дарами в Пекин. Цинский двор однозначно воспринял поведение правителя Бадахшана как признание себя вассалом и добился выдачи другого кашгарского ходжи. Со своей стороны правитель Бадахшана рассчитывал на содействие Цинов в соперничестве с мусульманскими соседями.

В 1762 году правитель Дуррани Ахмад-шах направил посольство в Пекин, намереваясь установить отношения с Цинской империей в расчёте на получение ценных китайских товаров, таких как чай и шёлк, а также стремясь войти в контакт в государством, границы которого подошли почти вплотную к его империи.

Решение Ахмад-шаха ближе познакомиться с империей Цин было продиктовано и более серьёзными политическими обстоятельствами.  В 1759 году мусульманские ходжи из только что покорённого Китаем Кашгара прибыли в Бадахшан, откуда обратились к соседним исламским государствам с призывом объединиться под знаменем джихада для отпора китайским иноверцам. Соперничавшим друг с другом небольшим исламским государственным образованиям  сделать это было не под силу, единственным мусульманским правителем, имевшим достаточно сил, средств и авторитета для объединения мусульман против Китая, был Ахмад-шах. Миссия его посольства в Пекин  имела целью «прощупывание» общеполитической обстановки, а «тестом» на реакцию Цинского двора явилось послание Ахмад-шаха императору Цин с сообщением о военных успехах армии Дуррани в Индии и о некоторой заинтересованности Дуррани ситуацией в Кашгарии.

Цинский император принял посла Дуррани с почётом и вручил ему ответное послание для Ахмад-шаха, в котором излагались цели и мотивы карательного похода против Джунгарского ханства, завершившегося присоединением к Китаю Джунгарии и Кашгарии. Также в послании говорилось о неблагодарности кашгарских ходжей, освобождённых цинскими войсками из джунгарского плена, и о том, что все земли, признавшие сюзеренитет Цинского императора, не обременяются податями и щедро одариваются.

Полученная из Пекина информация означала, что лёгкой победы в войне с Китаем не получится, и это заставило Ахмад-шаха отказаться от планов похода в Кашгарию. Он вновь сосредоточился на подготовке войны в Индии и одновременно предпринял карательный поход против исподволь подталкивавшего его к тяжёлой войне с Китаем Бадахшана, признавшего в 1762 году свой вассалитет по отношению к империи Дуррани.

Цинские власти проигнорировали призывы своего двурушного бадахшанского вассала помочь в борьбе против пуштунов Дуррани, поскольку приняли решение не вмешиваться в действия сильного и влиятельного Ахмад-шаха, если только таковые напрямую не касаются Китая. При этом цинская историография привычно причислила Афганистан к числу «вассалов» Китайского государства, а в некоторых цинских исторических сочинениях Афганистан и вовсе был «включён в состав» Китая.

После того, как империя Дуррани распалась в 1823 году, эпизодические связи Цинского Китая сохранялись только с Бадахшаном.

В 1842 году Великобритания потерпела поражение в своей первой афганской войне, что привело к усилению власти афганского эмира, включившего в сферу влияния ряд мелких мусульманских государств региона, в том числе Бадахшан. Границы Афганистана снова, как при Ахмад-шахе, приблизились к китайскому Кашгару, однако всю вторую треть 19-го века Китай был занят непростыми отношениями с усилившимся Кокандским ханством, а Афганистан в эти события не вмешивался.

Обострение русско-британских противоречий в Центральной Азии подталкивало Великобританию и Российскую империю к попыткам урегулирования своих отношений в этом регионе. В 1869 году министр иностранных дел Российской империи Горчаков официально заявил:»Россия  считает Афганистан совершенно вне той сферы, в которой могла бы быть призвана оказывать своё влияние». В итоге Россия и Великобритания пришли к соглашению о признании Афганистана «нейтральной зоной» и о необходимости определения тех пределов, которые находятся в сфере влияния «эмира кабульского». Таким образом Афганистан воспринимался Россией и Великобританией в качестве буферной зоны, разделяющей сферы их влияния. (А.Ш.: В результате третьей британо-афганской войны Афганистан 19 августа 1919 года объявил о своей независимости).

БОльшая часть Памира официально оставалась в сфере российского влияния, граница России и Афганистана определялась по реке Пяндж до озера Зоркуль, однако в сторону Кашгарии оставалась неопределённой.

Новый афганский эмир Абдуррахман вёл вторую афганскую войну с британцами в 1878-1880 годах и не признавал российско-британские территориальные договорённости. Он с крайней жестокостью аннексировал ряд памирских ханств — Бадахшан, Шугнан, Рушан, Вахан, в связи с чем Россия заявила официальный протест.

Опасаясь дальнейшего стратегического усиления России на Памире, Великобритания сделала ставку на сближение Афганистана с Цинским Китаем для того, чтобы разделить между ними памирские земли и противопоставить их России, к тому времени уже подчинившей Кокандское ханство. С этой целью Великобритания направила в Кашгар экспедицию Янгхасбенда, который по свидетельству встретившего его на Памире русского капитана Громбчевского вёл с цинскими властями переговоры о «разделении Памиров между Афганистаном и Китаем».

Цинские власти  в Кашгаре привествовали планы Великобритании, они организовали поездку Янгхасбенда в район Аличур-Памир, где у озера Яшиль-Куль китайцами была установлена стелла в память о том, что в 1759 году цинские войска дошли до этого места. Побывав у стеллы, британский эмиссар пришёл к выводу о  «принадлежности Аличур-Памира Китаю» и о том, что «в районе Суме-таш следовало бы провести границу между Афганистаном и Цинской империей».

С учётом имевшихся договорённостей с Великобританией о прохождении российско-афганской границы на Памире Россия в 1891 году направила туда отряд полковника Ионова с целью «выяснить положение, занятое китайцами и афганцами в этой местности, и восстановить права России на эту часть наследства бывших кокандских ханов».

Появление на Памире отряда Ионова подтолкнуло афганцев к контактам с цинскими властями в Кашгаре, однако те повели себя очень осторожно, дистанцировавшись от русско-британских противоречий.

Ещё в 1847 году во время антикитайского мусульманского восстания в Кашгаре располагавшееся южнее Памира и Кашгара княжество Хунза помогло Цинам подавить это восстание. Последовал обмен дарами между правителем Хунзы и Цинским двором, в связи с чем Пекин традиционно воспринял дары Хунзы как «дань вассала».

В 1889 году Хунза попала в вассальную зависимость от Великобритании и в 1891 году была оккупирована британскими войсками, что вызвало недовольство цинских властей Кашгара, полагавших Хунзу вассалом империи Цин. Великобритания согласилась сохранить видимость сюзеренно-вассальных отношений Китая и Хунзы в виде ежегодного обмена товарами, которые китайцы воспринимали как «дань», с расчётом подтолкнуть китайцев к более активной антирусской политике на Памире. Цинские же власти в Кашгаре опасались возросшей активности афганцев в этом регионе.

Весной 1892 года стало известно, что афганцы «заняли Суме-таш близ Яшиль-Куля и требуют от китайцев Аличур и Большой Памир». (А.Ш.: То самое место с китайской стеллой).  В ответ на это из Дихуа (современный Урумчи), где находилась центральная цинская администрация в Синьцзяне, в Кашгар была направлена инструкция с требованием к цинским войскам занять район Суме-таш.

Вооружённое столкновение китайских и афганских войск в районе Суме-таш в апреле 1892 года завершилось поражением китайцев, отступивших в район Тагдумбаш-Памира.

Выполняя решение Особого совещания в Санкт-Петербурге в январе 1892 года о необходимости твёрдо отстаивать российские интересы на Памире, вторая экспедиция полковника Ионова вытеснила афганские войска из района Суме-таш. В итоге Россия сумела упрочить свои позиции на Памире, а цинские войска более не пытались вступить в памирские земли и сосредоточились за Сарыкольским хребтом, по которому весной 1894 года была установлена линия фактического контроля между Российской империей и Цинским Китаем.

В 1895 году на российско-британских переговорах было достигнуто принципиальное решение о проведении линии границы между Российской империей и Афганистаном от озера Зоркуль параллельно Гиндукушу в сторону Кашгарии таким образом, чтобы между британскими владениями в Индии и российскими на Памире оставалась полоса «нейтральной территории», так называемый «Ваханский коридор». При этом было зафиксировано, что впоследствии будет собрана информация «касательно положения китайской границы» с тем, чтобы «войти в соглашение с китайским правительством… относительно пределов китайской территории, соседней с пограничной чертой», то есть предполагалось в дальнейшем определить линию китайско-афганской границы на восточном участке «Ваханского коридора». Считалось, что китайско-афганская граница пройдёт от пика Повало-Швейковского по хребту Мустаг, который и будет таким образом «границей китайских владений на Тагдумбаш-Памире».

Китай не согласился вести переговоры по этому вопросу, поскольку, не отказавшись от претензий на Памир, не желал участвовать в его разграничении и не признавал это разграничение. Тем не менее разграничение было произведено, и афгано-китайская граница по хребту Мустаг вплоть до Индии разделила Китай и Афганистан.

После образования КНР Китай и Королевство Афганистан (1926-1973) 20 января 1955 года установили дипломатические отношения. В 1960 году КНР и Афганистан заключили Договор о дружбе и ненападении.  В 1963 году стороны заключили пограничное соглашение, согласно которому китайско-афганская граница по хребту Мустаг была признана официально, протяжённость границы КНР и Афганистана на восточном участке «Ваханского коридора» составила 92,45 км. (по китайским данным) или чуть больше 70 км. (по афганским данным). В 1964 году была завершена демаркация этой границы, и в марте 1965 года стороны подписали соответствующий протокол.

Политическая лёгкость, с которой КНР отказалась от территориальных претензий к Афганистану, была продиктована желанием продемонстрировать «великодушие большой державы», «подарившей» небольшому соседу территории, которыми он давно владел фактически, но на которые Китай «имел виды».

Во второй половине 60-х – в начале 70-х годов 20-го века КНР и Афганистан подписали ряд соглашений об экономическом, техническом и культурном сотрудничестве, Китай обязался построить в Афганистане несколько промышленных объектов, в первую очередь текстильный комбинат Баграм близ Кабула. Кроме того, в период с 1964 до 1973 года Китай предоставил Афганистану долгосрочные займы на общую сумму 73,5 млн. долларов для оплаты китайского оборудования и экспорта.

Падение монархии в Афганистане 17 июля 1973 года в Китае расценили как «советский заговор», экономическое сотрудничество КНР и Афганистана стало ослабевать.

Охлаждение отношений КНР и Афганистана при правительстве Республики Афганистан (17 июля 1973 года —  28 апреля 1978 года) объяснялось и активизацией промаоистских группировок в стране, выступавших против укрепления советско-афганских связей.

Победа апрельской революции 1978 года в Афганистане и образование Демократической Республики Афганистан (ДРА) (А.Ш.: С 30 апреля 1978 года до 30 ноября 1987 года государство называлось «Демократическая Республика Афганистан», с 30 ноября 1987 года до апреля 1992 года — «Республика Афганистан») была воспринята в Китае враждебно. Опираясь на промаоистские группировки «Шолее джавид» («Вечный огонь») и «Сохра» («Красные») и на правонационалистические группировки, Китай пытался создать в Афганистане антиправительственный единый фронт. В сопредельных с КНР землях афганского Вахана Китай активно поддерживал сепаратистов и басмаческих главарей, в частности киргизского хана Рахманкула, получавшего из КНР деньги и оружие; поддерживались Китаем сепаратисты и басмачи в других районах Афганистана, например, в Бадахшане. Как писала «Дэйли телеграф»:»Пекин… поставляет контрабандным путём оружие афганским племенам, населяющим деревни на границе с Китаем. Доставляются в частности новейшие лёгкие пистолеты-пулемёты и самозарядные винтовки, особенно полезные в партизанской войне… Следующим шагом неизбежно станет обучение небольших групп афганцев в китайских лагерях, после чего они возвратятся в Афганистан уже обученными партизанами».

В начале 1979 года китайско-афганские отношения заметно ухудшились, поскольку Афганистан решительно осудил вторжение НОАК во Вьетнам. Китай стал шире вмешиваться во внутренние дела Афганистана, достигая соответствующих полуофициальных договорённостей с пакистанцами.

После ввода в Афганистан советских войск 27 декабря 1979 года правительство КНР 30 декабря 1979 года сделало заявление, котором «осудило советскую вооружённую агрессию в Афганистан». Китай не признал правительство Кармаля 卡尔迈勒 , статус посольства КНР в Кабуле был понижен до представительства временного поверенного 临时代办级 в делах КНР в ДРА, официальных дипломатических отношений с Афганистаном Китай с того момента не имел, ограничиваясь деловыми и консульскими связями.

КНР и США начали предоставлять Пакистану значительную военную помощь для борьбы с  новым правительством ДРА и с советской армией.

В отличие от США и Пакистана Китай не афишировал своё вмешательство в афганские дела. По сообщениям афганской прессы и по заявлениям ряда афганских официальных лиц вмешательство Китая в ситуацию в ДРА осуществлялось путём создания антиправительственных вооружённых формирований на афганской территории близ китайской границы, путём поставок вооружения для них из Синьцзяна по Каракорумскому шоссе в Пакистан, а также путём засылки в Афганистан групп антиправительственно настроенных афганцев, прошедших спецподготовку в Пакистане. По данным МВД ДРА за 1980 год в Пакистане имелось 50 опорных пунктов и 20 специальных баз, на которых американские и китайские инструкторы готовили антиправительственные вооружённые группы для заброски в Афганистан.

В 1980-1981 годах китайско-афганские отношения продолжали ухудшаться, китайская сторона заявляла, что народ КНР «на стороне афганских беженцев и окажет им помощь», министр иностранных дел КНР Хуан Хау 21 января 1980 года посетил лагерь афганских беженцев в пакистанском Пешаваре.

Нормализация китайско-афганских отношений произошла на фоне свержения моджахедами правительства  Наджибуллы  纳吉布拉 в апреле 1992 года и создания Исламского Государства Афганистан (апрель 1992 — декабрь 2001). Однако после того, как в феврале 1993 года из-за опасной внутриполитической ситуации были эвакуированы сотрудники посольства КНР в Кабуле, официальные дипломатические отношения Китая и Афганистана вновь оказались прерваны.

В декабре 2001 года Китай направил рабочую группу на Боннскую конференцию афганских политических лидеров, на которой было создано переходное правительство Афганистана во главе с Карзаем 卡尔扎伊 Китайская делегация вручила Карзаю поздравительное письмо правительства КНР.

В январе 2002 года глава переходного правительства  Афганистана Карзай совершил визит в КНР, в ходе которого председатель КНР Цзян Цзэминь заявил о выделении в течение ближайших пяти лет финансовой помощи в размере 150 млн. долларов на восстановление Афганистана.  6 февраля 2002 года посольство КНР в Кабуле возобновило свою работу.

В мае 2002 года стороны заключили соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве, в соответствии с которым Китай выделял Афганистану 30 млн. долларов в порядке безвозмездной помощи. В ноябре 2002 года было заключено соглашение о предоставлении Китаем Афганистану материальной помощи в размере 1 млн. долларов. В декабре 2002 года Китай, пять других государств-соседей Афганистана и Афганистан приняли «Декларацию о добрососедстве и дружбе», заявив об уважении суверенитета и территориальной целостности Афганистана, о поддержке процесса мира и восстановления в нём.

В мае 2003 года КНР и Афганистан заключили три соглашения об экономическом и техническом сотрудничестве, в соответствии с которыми Китай предоставлял Афганистану безвозмездную помощь в размере 15 млн. долларов. В сентябре 2003 года правительство КНР, правительства пяти других государств-соседей Афганистана и переходное правительство Афганистана приняли «Кабульскую декларацию о добрососедстве и дружбе» о более тесном торговом, трансграничном и инвестиционном сотрудничестве.

В январе 2004 года была создана Исламская Республика Афганистан (26 января 2004 — 15 августа 2021). В конце марта 2004 года Китай заявил о предоставлении Афганистану в 2004 году безвозмездной помощи на сумму 15 млн. долларов, о выделении материальной помощи в размере 1 млн. долларов на проведение президентских выборов и о списании долга в размере 9,6 млн. фунтов стерлингов.

В январе 2006 года Китай заявил о предоставлении Афганистану в 2006 году безвозмездной материальной помощи в размере 80 млн. китайских жэньминьби.

В июне 2006 года Китай и Афганистан заключили «Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве» и сделали совместное заявление об установлении отношений всеобъемлющего сотрудничества и партнёрства.

В ноябре 2006 года было заключено китайско-афганское соглашение о сотрудничестве в борьбе с наркотиками.

В январе 2008 года в Кабуле открылся первый в Афганистане Институт Конфуция. В августе 2008 года Китай и Афганистан обменялись ратификационными грамотами по двустороннему «Договору о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве», после чего он официально вступил в силу.

В марте 2010 года китайская сторона заявила, что с 2011 года ежегодно будут выделяться 50 стипендий правительства КНР для обучения афганских студентов. В марте 2010 года Китай и Афганистан сделали совместное заявление, в котором отметили, что, руководствуясь «Договором о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве», укрепляют и развивают отношения всеобъемлющего сотрудничества и партнёрства, основанные на добрососедстве, взаимодоверии, дружбе из поколения в поколение.

В июне 2012 года Китай и Афганистан сделали совместное заявление об установлении отношений стратегического сотрудничества и партнёрства. В данном совместном заявлении отмечалось, что основой китайско-афганских отношений является политическое взаимодоверие. Афганская сторона подтвердила свою неизменную приверженность политике «одного Китая», заявила о признании правительства КНР единственным легитимным правительством страны, выступила в поддержку позиции КНР по таким важным вопросам, затрагивающим ключевые интересы Китая, как вопросы, связанные с Тайванем, Тибетом, Синьцзяном.

Китайская сторона подтвердила свои обещания Афганистану относительно уважения его независимости, суверенитета, территориальной целостности, государственного единства, заявила об уважении выбора народом Афганистана пути развития, исходя из ситуации в стране, высказалась в поддержку процесса национального примирения 民族和解进程 в Афганистане, выразила уверенность в том, что благодаря решимости народа Афганистана, поддержке со стороны его международных и региональных партнёров, сотрудничеству с ними Афганистан в скором времени добьётся мира, стабильности и развития.

В неофициальной китайской одиннадцатиуровневой системе отношений партнёрства с другими государствами и ассоциациями государств «отношения всеобъемлющего сотрудничества и партнёрства» являются, так сказать, «отношениями восьмого, «базового» уровня категории «2». Китайские эксперты отмечают, что такого рода отношения предполагают широкие контакты Китая и его партнёров в сфере экономики и торговли, определённую поддержку друг другу в решении тех или иных вопросов, стремление совместно преодолевать имеющиеся разногласия.

По имеющимся данным отношения такого рода Китай выстраивает с Румынией, Хорватией, Танзанией, Болгарией, Нидерландами, Мальдивами, Восточным Тимором, Либерией, Экваториальной Гвинеей, Сан-Томе и Принсипи, Сообществом стран Латинской Америки и Карибского бассейна, Мадагаскаром, Угандой.

«Отношения стратегического сотрудничества и партнёрства»  являются, так сказать, «отношениями пятого, «повышенного среднего уровня» категории «3+». Китайские эксперты отмечают, что такого рода отношения Китай и его партнёры выстраивают исключительно в двустороннем формате, не допуская участие третьей стороны, по конкретным вопросам регионального масштаба. К данной категории «партнёрства» Китай относит своих соседей либо государства в сфере непосредственных интересов Китая на маршрутах «ПОЯСА и ПУТИ», по имеющимся данным это Южная Корея, Афганистан, Шри Ланка, Бангладеш, Бруней, Непал.

Таким образом в китайской системе «партнёрства» Афганистан за шесть лет, с июня 2006 года до июня 2012 года, поднялся на три ступени и вошёл в число хоть и не самых приоритетных (в отношениях с Китаем Афганистан остаётся на одну ступень «партнёрства» ниже, чем пять среднеазиатских «станов»), но безусловно важных для Китая государств на уровне его «домашнего» региона.

В сентябре 2013 года Китай и Афганистан сделали «Совместное заявление об углублении отношений стратегического сотрудничества и партнёрства», заключили «Договор об экстрадиции» 引渡条约 и соглашение об экономическом и техническом сотрудничестве.

Ещё одно совместное заявление об углублении отношений стратегического сорудничества и партнёрства стороны сделали в октябре 2014 года. В октябре 2014 года Китай заявил о предоставлении Афганистану безвозмездной помощи в размере 500 млн. китайских жэньминьби.

В октябре 2014 года Китай заявил о том, что в течение пяти лет будут выделены 500 стипендий правительства КНР для обучения афганских студентов.

С 2015 по 2017 года Китай дополнительно предоставил Афганистану безвозмездную финансовую помощь в размере 1,5 млрд. китайских жэньминьби, а также выделил на пять лет квоту для подготовки 3 тысяч афганских специалистов.

15 августа 2021 года был образован Исламский Эмират Афганистан, существующий до настоящего времени.

В августе 2021 года после прихода к власти в Афганистане Талибана 塔利班 Китай предоставил Афганистану экстренную гуманитарную помощь в размере более 350 млн. китайских жэньминьби.

В октябре 2021 года член Госсовета КНР, министр иностранных дел КНР Ван И встретился в столице Катара Дохе с исполняющим обязанности вице-премьера временного правительства Афганистана Барадаром 巴拉达尔 и с исполняющим обязанности министра иностранных дел временного правительства Афганистана Муттаки 穆塔基

Следующую встречу с ними Ван И провёл в Кабуле в марте 2022 года. Затем Муттаки приезжал в Китай для участия в совещании министров иностранных дел в формате «соседи Афганистана плюс Афганистан». В июне 2022 года Ван И беседовал с Муттаки по телефону, а в июле 2022 года встретился с ним в Ташкенте в рамках совещания министров иностранных дел стран ШОС.

В январе 2023 года министр иностранных дел КНР Цинь Ган беседовал с Муттаки по телефону. В апреле 2023 года член Госсовета КНР, министр иностранных дел КНР Цинь Ган встретился с исполняющим обязанности министра иностранных дел временного правительства Афганистана Муттаки в Самарканде на четвёртом совещании министров иностранных дел государств- соседей Афганистана. В мае 2023 года Цинь Ган встретился с Муттаки в Исламабаде на пятом совещании министров иностранных дел Китая, Пакистана, Афганистана.

В 2021 году объём прямых нефинансовых инвестиций 非金融类直接投资 китайских предприятий в Афганистане составил 2,82 млн. долларов (снижение на 35,9%). В 2021 году китайские предприятия заключили в Афганистане договора по новым подрядам на сумму 130 тыс. долларов (снижение на 99,9%) и выполнили работы на сумму 19,58 млн. долларов (снижение на 42,8%).                                                  С 1 декабря 2022 года Китай поставляет в Афганистан по нулевым таможенным пошлинам 零关税待遇 98% товаров.  За 2022 год объём товарооборота между Китаем и Афганистаном составил 595 млн. долларов (рост на 13,6%).

 

12 апреля 2023 года МИД КНР опубликовал на своём официальном сайте документ «О позиции Китая по Афганистану» “关于阿富汗问题的中国立场”

В документе 11 пунктов:

 

 

«1. В отношении Афганистана Китай следует политике  坚持 «уважения трёх обстоятельств» 三个尊重 и «трёх категорических самоограничений» 三个从不                                     Китай уважает независимость, суверенитет и территориальную целостность Афганистана, уважает самостоятельный выбор афганского народа, уважает его религиозные и национальные традиции. Китай никогда не 从不 вмешивается во внутренние дела Афганистана, никогда не преследует своих интересов в Афганистане, никогда не стремится к созданию своей сферы влияния в Афганистане.

 

  1. Китай поддерживает взвешенные, стабилизирующие шаги афганских властей 支持阿富汗温和稳健施权

Китай искренне  рассчитывает на то, что в Афганистане будет выстроена открытая, инклюзивная 包容 политическая система, что Афганистан будет следовать взвешенной, стабилизирующей внутренней и внешней политике, поддерживать дружественные связи со всеми государствами, особенно со своими соседями. Китай надеется, что временное правительство Афганистана будет защищать основополагающие права и интересы всего афганского народа, в том числе женщин, детей, представителей малых этносов 少数族裔 , продолжит прилагать активные усилия, созвучные с интересами афганского народа, с ожиданиями международного сообщества.

 

  1. Китай поддерживает процесс мирного восстановления Афганистана 支持阿富汗和平重建

Китай продолжит оказывать Афганистану посильную 力所能及 помощь для его восстановления и развития,  выполнит все данные обещания об оказании помощи Афганистану, будет осуществлять стабильное торгово-экономическое и инвестиционное сотрудничество с ним, активно разворачивать сотрудничество с ним в таких сферах, как медицина, борьба с бедностью, сельское хозяйство, меры по предотвращению стихийных бедствий и уменьшению их последствий, помогать Афганистану быстрее выйти на путь самостоятельного 自主 и устойчивого 可持续 развития. Китай приветствует участие Афганистана в совместной реализации инициативы «ПОЯС и ПУТЬ»,  поддерживает интеграцию 融入 Афганистана в процесс регионального экономического сотрудничества, взаимных связей и контактов 互联互通 , его превращение из «страны, не имеющей выхода к морю» 陆锁国 в «страну — сухопутное связующее звено» 陆联国

 

  1. Китай поддерживает решительные и действенные усилия Афганистана в борьбе с терроризмом 支持阿富汗坚决有力打恐

Безопасность — основа и условие развития. «Исламское движение Восточного Туркестана» («ИДВТ») (А.Ш.: Сокращённо 东伊运 , полнее 东突伊斯兰运动 , полностью  东突厥斯坦伊斯兰运动 , по-английски ETIM – East Turkestan Islamic Movement ) отнесено Советом Безопасности ООН к числу террористических организаций и согласно закона признано таковой китайским правительством. Окопавшиеся 盘踞 в Афганистане сторонники «ИДВТ» представляют серьёзную угрозу для Китая и Афганистана, для всей региональной безопасности. Китай надеется, что Афганистан должным образом выполнит свои обещания и предпримет более эффективные меры для более решительной борьбы со всеми террористическими силами, включая «ИДВТ», должным образом обеспечит в своей стране безопасность граждан, организаций и объектов всех государств, включая Китай.

 

  1. Китай призывает к укреплению двустороннего и многостороннего сотрудничества в борьбе с терроризмом 呼吁加强反恐双多边合作

С учётом актуальности проблемы терроризма в Афганистане международному сообществу 国际社会 следует укреплять двустороннее и многостороннее сотрудничество в борьбе с ним, целенаправленно предоставлять Афганистану помощь антитеррористическим снаряжением, оборудованием, техникой, поддерживать комплексные  антитеррористические меры, предпринимаемые Афганистаном,  бороться как с причинами терроризма, так и с его проявлениями 标本兼治 , не допустить, чтобы Афганистан вновь превратился в логово 庇护所 , гнездо 滋生地 и рассадник 扩散源 терроризма.

 

  1. Китай за сотрудничество в борьбе с

окопавшимися в Афганистане «тремя силами» 合作打击踞阿“三股势力”

Окопавшиеся в Афганистане  так называемые «три силы» — терроризм 恐怖主义, сепаратизм 分裂主义, радикализм 极端主义 по-прежнему являются серьёзной угрозой безопасности данного региона, всего мира. Китай призывает международное сообщество решительно поддерживать борьбу Афганистана с «тремя силами», поддерживать меры, принимаемые Афганистаном для этого, перекрывать каналы финансирования терроризма 切断恐怖主义融资渠道, пресекать вербовку 人员招募 террористами сторонников в свои ряды,  не допускать перемещение террористов через границы между государствами 跨境流窜 и распостранение ими  аудио- и видеоматериалов террористического толка 暴恐音视频传播 , препятствовать распространению идей радикализма и терроризма, радикализации молодёжи,  выявлять скрывающихся террористов 根除潜伏的恐怖分子 и их убежища 藏身之所

 

  1. Китай просит США поторопиться с надлежащим исполнением взятых на себя обязательств по Афганистану 敦促美国切实对阿富汗履约担责

Повсюду в мире полагают, что арест зарубежной собственности Афганистана, односторонние санкции против него со стороны США, которые собственно и создали 始作俑者 проблему Афганистана, являются самым значительным внешним фактором, влияющим на гуманитарную ситуацию в Афганистане, исправить которую практически не представляется возможным. США должны извлечь надлежащие уроки из того, что произошло в Афганистане, трезво оценить 正视 серьёзные угрозы и вызовы Афганистану гуманитарного, экономического характера, серьёзные угрозы и вызовы Афганистану в сфере безопасности,  незамедлительно отменить санкции против Афганистана, ввернуть его зарубежную собственность, выполнить свои обещания об оказании Афганистану гуманитарной помощи, обеспечив таким образом насущные потребности населения этой страны.

 

 

  1. Китай против вмешательства в

дела Афганистана внешних сил и их проникновения в Афганистан 反对域外势力干预渗透阿富汗

Во всех государствах региона признают, что с последствиями военного вмешательства внешних сил в Афганистан, продолжавшегося более 20 лет, и так называемой «демократической трансформации» 民主改造 , которые нанесли Афганистану колоссальный урон, причинили ему колоссальные страдания и оказали негативное влияние на много лет вперёд,  справится сложно.  Исходя из стремления помочь Афганистану в достижении долгосрочного мира и стабильности, соответствующие государства не должны вновь пытаться разместить свою военную инфраструктуру в Афганистане и вокруг него, не должны использовать «двойные стандарты» 双重标准 в борьбе с терроризмом, не должны реализовывать свои геополитические замыслы, поддерживая террористов и управляя ими.

 

  1. Китай за укрепление международного и регионального взаимодействия по проблеме Афганистана 增进涉阿富汗问题国际地区协调

В новой обстановке Афганистан должен стать платформой всеобщего сотрудничества, но не местом геополитических игр. Китай поддерживает любые проекты и меры, направленные на политическое решение проблемы Афганистана, намерен активно способствовать расширению многостороннего взаимодействия по Афганистану с использованием таких механизмов и платформ, как совещания министров иностранных дел государств-соседей Афганистана 阿富汗邻国外长会 , контактная группа «ШОС — Афганистан» 上海合作组织-阿富汗联络组 , консультации в «Московском формате» “莫斯科模式”磋商 , совещания министров иностранных дел Китая, Афганистана, Пакистана 中阿巴三方外长对话 , неофициальные совещания министров иностранных дел Китая, России, Пакистана, Ирана по проблеме Афганистана 中俄巴伊四国外长阿富汗问题非正式会议 , консультации в формате «Китай, США, Россия плюс» “中美俄+”磋商 , а также механизмов и платформ по линии ООН, намерен прилагать усилия для достижения международного и регионального консенсуса 共识合力 относительно стабилизации ситуации в Афганистане и помощи Афганистану.

 

  1. Китай содействует решению гуманитарных проблем и проблемы беженцев в Афганистане 协助解决阿富汗人道和难民问题

 

Китай выражает озабоченность ситуацией с беженцами в Афганистане и продолжит оказание помощи им по двусторонним и многосторонним каналам. Китай поддерживает активную роль, которую играют в этом вопросе соответствующие учреждения ООН , одобряет усилия государств региона в этом направлении, призывает продолжать оказывать Афганистану гуманитарную помощь и помощь, необходимую для его развития, участвует в совместных проектах помощи Афганистану в деле экономического восстановления, создаёт условия для окончательного решения проблемы беженцев.

 

  1. Китай поддерживает запрет наркотиков в Афганистане 支持阿富汗禁毒

Китай рассчитывает, что Афганистан предпримет больше практических мер для борьбы с выращиванием наркосодержащих растений毒品种植, производством 毒品生产 и незаконным оборотом наркотиков 毒品非法买卖 и поддерживает такие меры,  намерен вместе с международным сообществом помогать Афганистану в развитии альтернативного растениеводства 替代种植 , бороться с транснациональной наркомафией 跨国毒品犯罪 , совместными усилиями устранять источники наркобизнеса в регионе 共同消除本地区毒品来源 “

 

И опубликованный на официальном сайте МИД КНР 24 февраля 2023 года документ «О позиции Китая по политическому разрешению украинского кризиса» “关于政治解决乌克兰危机的中国立场”и  опубликованный там же 12 апреля 2023 года документ «О позиции Китая по Афганистану» иероглифически не «маркированы» по правилам партийно-государственной системы Китая  как обязательные к исполнению либо как «дорожная карта».

Это не «коммюнике» 公报 , не «решение» 决议 , не «резолюция» 决议 , не «доклад» 报告 , не «замечания» 意见 , не «уведомление» 通知 , не «приказ» («указ», «распоряжение») 命令(令), не «основы» («тезисы») 纲要 Это не «проект» 方案 и не «план» 规划

Это даже не «видение» 设想 , не «меморандум» 备忘录 , не  «изложение» 书 , не «возможный проект» 可行性方案 и т.д..

Подобного рода документы, изложенные в виде информационной «позиции» 立场 ,  не обязывают официальный Пекин ни к каким ответственным внешнеполитическим действиям. А потому их так и следует воспринимать, —  как высказанное на государственном уровне мнение без правовых обязательств для высказавшей его стороны. Иными словами, прочитав  документ китайского МИДа  с изложением «позиции» Китая по какой-либо большой внешнеполитической проблеме, не стоит ожидать, что Китай немедленно приступит к практической реализации заявленной «позиции», — он так поступать не обязан.

 

После окончания «холодной войны» наибольшую активность в Афганистане  Китай развил в период нахождения в этой стране войск США и их союзников (декабрь 2001 года – август 2021 года) , то есть в период правления переходного правительства Афганистана, а затем в период существования Исламской Республики Афганистан.

В находившемся под американским военным контролем почти все эти 20 лет Афганистане, так же, как в Средней Азии, где постсоветская Россия сохранила своё военное присутствие, китайцы, предоставив возможность американцам (в большей степени) и русским (в меньшей степени) «наслаждаться имперским величием», «словно шелковичные черви, поедающие листву», настойчиво «вгрызались» в экономику пяти среднеазитаских государств и Афганистана, там, где возможно, «подминая» их политически, а также с помощью «мягкой силы» своей «обволакивающей», «очаровывающей» цивилизационной культуры.        В тени «военного покровительства» со стороны России в Средней Азии (в январе 2022 года продемонстрировавшей это в Казахстане) и  со стороны США в Афганистане Китай уверенно занимался своими экономическими проектами до прихода к власти в Афганистане в августе 2021 года движения Талибан и образования достаточно радикального Исламского Эмирата Афганистан.

Но если в 90-е годы, когда к власти в Афганистане в апреле 1992 года тоже пришли довольно радикальные исламисты, создавшие Исламское Государство Афганистан, Китай, практически «не имея ничего» в этой стране, в 1993 году просто молча ретировался оттуда, то к августу 2021 года  в Афганистан было вложено так много средств, и он представлял для Китая настолько важное геоэкономическое значение,  что снова «умыться» Пекин не имел права. (А.Ш.: В Афганистане стратегические запасы магния и лития, залежи изумрудов).

Вот почему китайская дипломатия теперь развивает активность, стремясь «приручить талибов», встроить их в привычную систему миропорядка, во-первых, ради сохранения китайских геоэкономических и политических позиций в Афганистане и, во-вторых, чтобы «закупорить» опасную террористическую «брешь», через которую волна бесконтрольного исламского радикализма угрожает хлынуть в и без того политически проблемный для китайцев Синьцзян.

 

 

Часть 3.  «Великий Шёлковый Путь».

 

В марте 2021 года в Китае на китайском языке вышла книга «История Великого Шёлкового Пути» 丝绸之路的历史 , издательство «Синь шицзе чубаньше»/»Новый мир»/新世界出版社 , 224 страницы. Автор — Джонатан Клементс 乔纳森.克菜门茨 , британский драматург, специалист-международник, исследователь истории Азии. На сайте «Бай Ду» 百度 отмечается подробный исторический экскурс, выполненный этим автором по теме, однако подчёркивается, что книга написана «с точки зрения зарубежного учёного-исследователя».

«Китайский взгляд» на историю Великого Шёлкового Пути прослеживается, например, в обширной статье «Шесть избранных материалов об истории Великого Шёлкового Пути» 丝绸之路历史资料(精选6篇), опубликованной 27 февраля 2023 года на сайте «Байхуавэнь» 白话文 / «Изложено разговорным языком».

В статье в частности сообщается следующее:

 

«Понятие «Великий Шёлковый Путь» (ВШП) в 1877 году ввёл немецкий учёный-географ Рихтгофен. (А.Ш.: По-китайски понятие записывается «Шёлковый Путь» 丝绸之路 или сокращённо  丝路 Определение «Великий» добавил к нему Рихтгофен).

Он в частности писал:»В период со 114 года до н.э. до 127  года (эпоха Хань) по территории китайского Междуречья, по территории между Китаем и Индией, через территорию Сиюя проходили маршруты шёлковой торговли».

Сиюй- «Западный край» —  бескрайние территории, простиравшиеся к западу от проходов Юймэньгуань и Янгуань Великой Китайской Стены до восточного побережья Средиземного моря.
История ВШП охватывает более двух тысячелетий.

Различают четыре основных периода истории ВШП:  период в начале ханьской имперской династии Цинь (221 — 206 г.г. до н.э.); период от ханьской имперской династии Хань (206 г. до н.э.- 220) до ханьской имперской династии Тан (618-907); период ханьской имперской династии Сун (960-1279) и монгольской имперской династии Юань (1271-1368); период ханьской имперской династии Мин (1368-1644) и маньчжурской имперской династии Цин (1644-1912).

В зависимости от способа доставки грузов по маршрутам ВШП различают «Сухопутный Великий Шёлковый Путь» 陆上丝路 и «Морской Великий Шёлковый Путь» 海上丝路

В зависимости от основной номенклатуры товаров, перевозимых по торговым маршрутам из Китая и в Китай, называют «Путь меха и шерсти» 皮毛之路 , «Нефритовый Путь» 玉石之路 или 玉之路 , «Ювелирный Путь»  珠宝之路 ,  «Путь драгоценных камней»  宝石之路 ,«Путь пряностей»  香料之路 , «Фарфоровый Путь» 陶瓷之路 , «Буддистский Путь» 佛教之路 и т.д.. Однако всё это узкие названия, связанные с тем или иным конкретным функционалом ВШП и не заменяющие основное и обобщающее название — «Великий Шёлковый Путь».

Различают «Северный Сухопутный Великий Шёлковый Путь» 北方陆上丝路 и «Южный Сухопутный Великий Шёлковый Путь» 南方陆上丝路

В зависимости от природно-климатических условий, в которых пролегали маршруты «Сухопутного Великого Шёлкового Пути», называют «Великий Шёлковый Путь степей и лесов»  草原森林丝路 , «Великий Шёлковый Путь гор и ущелий» 高山峡谷丝路 , «Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» 沙漠绿洲丝路

 

На маршрутах «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» выделяют период «Великого Шёлкового Пути степей и лесов» и период «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов».

«Великий Шёлковый Путь степей и лесов» существовал в эпоху Цинь (221-206 г.г. до н.э.), он выходил из земель в среднем течении Хуанхэ на север, пересекал Монгольское плато, затем из южно-сибирских равнин уходил на запад в Среднюю Азию и далее шёл по двум направлениям: по юго-западному до Персии, где поворачивал на запад; по западному проходил до  Волги, пересекал её и доходил до побережья Чёрного моря. Оба эти маршрута «Великого Шёлкового Пути степей и лесов» завершались в средиземноморских странах.

«Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» с эпохи Хань до эпохи Тан включительно был главной транспортной артерией «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути», расцвет которого происходил с конца 6-го века, в эпоху династии Суй (581-618), до конца 9-го века, эпоха династии Тан (618-907).

Протяжённость «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов» составляла более 7 тысяч км., из них порядка 3 тысяч км. проходили по территории, на которой расположен современный Китай.                          (А.Ш. Географическое расстояние от города Сиань провинции Шэньси КНР до города Александрия в Египте 7200 км.. От Сиани до китайско-афганской границы 3 тысячи с небольшим км.).

«Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» — наиболее известное в истории направление ВШП, основной сухопутный торговый маршрут, соединявший Восток и Запад в древности и в раннем средневековье.

«Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» в основном сформировался в эпоху Хань (206г. до н.э. — 220).  Он начинался в столице Западной Хань (206г. до н.э. —  9г.) городе Чанъань 长安  (А.Ш: Современный город Сиань провинции Шэньси КНР) , доходил до того места, где расположен современный город Ланьчжоу  провинции Ганьсу КНР,  затем по так называемому «коридору к западу от Хуанхэ» 河西走廊 , соединявшему центральные районы Китая с Сиюем, поворачивал на северо-запад, проходил место, где находится современный город Дуньхуан 敦煌на северо-западе провинции Ганьсу КНР, и, выйдя из проходов Юймэньгуань и Янгуань Великой Китайской Стены, за которыми начинался «Западный край», шёл на запад до города-оазиса и древнекитайского гарнизонного города Лоулань 楼兰 на северо-западном берегу озера Лобнор 罗布泊   (А.Ш.: Очертания современной провинции Ганьсу напоминают «коридор», вытянутый с юго-востока, от центральных районов Китая, на северо-запад, к стыку границ Монголии и Синьцзяна.

Остатки Великой Стены с проходами Юймэньгуань, дословно «Проход Нефритовых ворот», и Янгуань, дословно «Проход Светлый», сегодня находятся в окрестностях города Дуньхуан. Юймэньгуань был крайней западной точкой «коридора к западу от Хуанхэ». Янгуань расположен южнее, в 70км. юго-западнее Дуньхуана. Древние ханьцы южную сторону именовали «светлой», собственно поэтому проход и был так назван, — потому как он «южнее», «светлее» прохода Юймэньгуань.

Древнекитайский гарнизонный город в Сиюе — город Лоулань, дословно «здание за изгородью», находился там, где сегодня территория современного Юго-Восточного Синьцзяна).

В Лоулане единый маршрут «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов» расходился по двум «дорогам» —  «северной» 北道 и «южной» 南道

«Северная дорога», начинаясь в Лоулане, шла на северо-запад до того места места, где расположен современный город Корла 库尔勒 СУАР КНР ,  затем поворачивала на юго-запад и шла через места, где находятся современные города Куча 库车 ,  Аксу 阿克苏 , Кашгар喀什 СУАР КНР

(А.Ш.: В настоящее время от Корла, который расположен западнее озера Баграшкель, до Кашгара идёт шоссейная дорога через Куча и Аксу).

«Южная дорога», начинаясь в Лоулане, шла на юго-запад  через то место, где расположен современный город Жоцян (Чарклык) 若羌  СУАР КНР, через то место, где расположены так называемые «руины Нии» 尼雅遗址 примерно в 115 км. севернее современного города Миньфэн 民丰(уйгурское название Ния 尼雅 ) СУАР КНР, и далее на юго-запад-запад в те места, где расположены современный город Хэтянь (Хотан) 和田 , современный уезд Пишань 皮山 ,  современный город Шачэ (Яркенд) 莎车 , современный уезд Шулэ 疏勒 СУАР КНР.

(А.Ш.: В настоящее время от Нии идёт шоссейная дорога через Хотан и Яркенд до Кашгара).

Из тех мест, где расположен современный Юго-Западный Синьцзян, «Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» шёл на запад через Памир 帕米尔 до того места, где расположен современный узбекистанский город Фергана 费尔干纳 , а затем шёл через земли, где находятся современные Афганистан и Иран. Самой дальней точкой «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов» был город Восточно-Римской империи, одно из китайских названий которого Лисюань 黎轩 ,  — речь идёт о современной Александрии в Египте 埃及的亚历山大城

«Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» также шёл из того места, где расположен современный уезд Пишань 皮山 на  юго-западе СУАР КНР,  до того места, где расположен современный Кабул 喀布尔 В свою очередь оттуда шли два маршрута: первый —  на юго-запад через область Систан  锡斯坦 (юго-запад современного Афганистана и юго-восток современного Ирана), а затем далее на юго-запад к Персидскому заливу;  второй — на юг, до того места, где расположен современный пакистанский город Карачи 卡拉奇 ,  откуда морским путём грузы везли в Великую Персию и в Римскую империю.

Таким образом главная транспортная артерия «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути», каковой  являлся «Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов», была создана в эпоху Хань на вышеописанных маршрутах, и, когда сегодня говорят о «Великом Шёлковом Пути», обычно имеют в виду именно эти маршруты.

 

«Южный Сухопутный Великий Шёлковый Путь» также называют «Дорогой из Шу в Шэньду» 蜀-身度道

(А.Ш.: «Шу» – древнекитайское название равнины на территории современной провинции Сычуань КНР; «Шэньду» — древнекитайское название Индии), а ещё называют  «Великим Шёлковым Путём гор и ущелий» 高山峡谷丝路 Он был открыт в 4-м веке до н.э., то есть в конце ханьской династии Чжоу (1046-221 г.г. до н.э.). Жившие севернее Шу ханьцы Центральной равнины не знали об этом маршруте более двух веков, поэтому его ещё называют «Тайным Великим Шёлковым Путём» 秘密丝路 Только в 122 году до н.э. император династии Хань направил первых посланцев «дорогой из Шу в Шэньду».

«Восточную ветку» 东支 “Южного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» называют «дорогой пяти чи» 五尺道 Она начиналась там, где расположен современный город Чэнду — главный город провинции Сычуань КНР, грузы везли вниз по реке Миньцзян 岷江, левому притоку Янцзы,  до того места, где расположен современный город Ибинь 宜宾 на юге провинции Сычуань КНР.

«Западную ветку» 西支 “Южного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» называют «дорогой к Лингуань» 灵关道 (А.Ш.: Лингуань — гора в провинции Сычуань КНР).

Она начиналась там, где расположен современный Чэнду, и проходила через Цюнлай 邛崃 (А.Ш.: В настоящее время город в центре провинции Сычуань КНР),  через те места, где южнее Чэнду расположен современный город Яань 雅安 , а далее — современный уезд Яньюань 盐源 Ляньшань-Ийского автономного округа на юго-западе провинции Сычуань КНР.

Обе «ветки» «Южного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» соединялись там, где расположена центральная часть современной провинции Юньнань КНР. Оттуда «Южный Сухопутный Великий Шёлковый Путь» шёл в западном направлении через те места, где расположены современный город Баошань 保山 и  современный уезд Тэнчун 腾冲на западе провинции Юньнань КНР, а затем уходил туда, где расположена современная Мьянма, и в землях средневекового тайского государства Сукхотаи (1238-1438) (китайское название Шаньго 掸国)  разделялся на сухопутную и морскую «ветки», по которым грузы доставлялись в Индию.

История «Южного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» насчитывает более двух тысячелетий. В годы антияпонской войны (1937-1945) морские коммуникации Китайской Республики были перерезаны, в этих условиях большую роль для снабжения тыловых районов Китая сыграло шоссе Юньнань-Бирма 滇缅公路 , проложенное по  маршруту «Южного Сухопутного Великого Шёлкового Пути».                                                                                            (А.Ш.: Шоссе Юньнань-Бирма протяжённостью 1146 км. было открыто для движения в августе 1938 года.

К началу 1939 года Китай оказался полностью блокирован Японией с моря, что значительно сократило объёмы британо-американской помощи для Национально-Революционной армии Китайской Республики. В этой ситуации Национальное правительство Китайской Республики обратилось к СССР с просьбой организовать срочные поставки грузов через территорию Синьцзяна. Трёхтысячекилометровую шоссейную дорогу Ланьчжоу (провинция Ганьсу Китай) — Сары-Озек (КазССР) советские строители проложили по маршрутам «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов» к концу 1939 года, тогда же по ней было открыто регулярное движение.  В 1940 году Великобритания по требованию Японии закрыла движение по трассе Бирма-Юньнань, и дорога Сары-Озек – Ланьчжоу осталась единственным маршрутом поставок советских, британских и американских грузов в Китай. С началом Великой Отчественной войны советские поставки Национальному правительству Китайской Республики сократились, а затем полностью прекратились.

В настоящее время дорога Сары-Озек — Ланьчжоу представляет собой современную шестиполосную магистраль как один из маршрутов «ПОЯСА и ПУТИ»).

 

«Морской Великий Шёлковый Путь» был открыт китайскими купцами в эпоху Западной Хань (206 г.до н.э. – 9 г.). Правители Хань активно развивали внешнюю торговлю Китая, однако небольшие китайские корабли той эпохи были приспособлены главным образом для каботажного плавания и для плавания на относительно небольшие по современным меркам расстояния.

С эпохи Хань, помимо основного грузопотока в Среднюю Азию, Западную Азию, Африку и Европу по широтным сухопутным торговым маршрутам, китайские товары, прежде всего шёлк, стали доставляться морским путём.

По этой причине вслед за Рихтгофеном, назвавшим соединявшие Восток и Запад широтные сухопутные торговые маршруты «Великим Шёлковым Путём», ряд учёных назвали соединявшие в древности Восток и Запад морские торговые маршруты «Морским Великим Шёлковым Путём». Впоследствии по этим морским торговым маршрутам стал доставляться китайский фарфор 陶瓷 , а в Китай доставлялись благовония 香药На этом основании некоторые учёные назвали соединявшие Восток и Запад морские торговые маршруты «Фарофоровым Путём» 陶瓷之路  либо «Путём благовоний и фарфора»  香瓷之路

Основной, южный морской торговый маршрут проходил из Китая через Южно-Китайское море вдоль побережья в страны Юго-Восточной Азии.

Восточный морской торговый маршрут проходил из Китая на Корейский полуостров и на Японские острова.

Западный морской торговый маршрут проходил из Китая вдоль побережья в страны Южной Азии и на Арабский Восток, а также к восточному побережью Африки.

Описанный в «Книге Хань: география» “汉书:地理志”путь китайских императорских посланцев и торговых людей начинался там, где расположен современный Центральный Вьетнам либо современная провинция Гуандун КНР либо современный Гуанси-Чжуанский автономный район КНР.

(А.Ш.: На территории современной провинции Куангнам в Центральном Вьетнаме в эпоху Хань находилась самая южная административно-территориальная единица Китайского государства).

Выйдя из порта, китайские корабли следовали на юг вдоль восточного побережья полуострова Индокитай 中南半岛 и через пять месяцев прибывали туда, где расположен современный южновьетнамский порт Ратьзя в дельте Меконга.

(А.Ш.: Город-порт Ратьзя, китайское название Диши 迪石 – главный город современной южновьетнамской провинции Кьенцзян 建江 в северо-западной части полуострова Камау 金瓯半岛 на крайнем юге Вьетнама. Расстояние от Ратьзя на северо-восток по прямой до Хошимина 195 км.).

Затем китайские корабли следовали на север вдоль западного побережья полуострова Индокитай и через четыре месяца прибывали туда, где расположен современный тайский город-порт Накхонпатхом 佛统 (А.Ш.: 50 км. западнее Бангкока).

Оттуда корабли следовали на юг вдоль восточного побережья полуострова Малакка 马来半岛 и через 20 с лишним дней прибывали туда, где расположен современный тайский город-порт Прачуапкхирикхан.

(А.Ш.: В 210 км. юго-западнее Бангкока, китайское название Башу 巴蜀).

Там китайцы сходили с кораблей и, пешком пресекая полуостров Малакка с востока на запад, за 10 с лишним дней добирались до земель, где расположена современная административная область Танинтайи на юге Мьянмы.

(А.Ш.: Прежнее название области – Тенассерим 丹那沙林).

Снова сев на корабли, китайские путешественники выходили на запад в Индийский океан и через два с лишним  месяца прибывали туда, где расположен современный город Канчипурам 康契普腊姆 в юго-восточном индийском штате Тамилнад.

Отплывая обратно в Китай, путешественники добирались до острова, известного сегодня как Шри Ланка, а затем, следуя на восток,  за долгих восемь месяцев добирались до Малаккского пролива 马六甲海峡 и через него прибывали на остров, который расположен западнее современного Сингапура и называется сегодня  Писанг 皮散岛 Финальный отрезок пути китайцы преодолевали на кораблях за два с лишним месяца и прибывали туда, где расположена современная центральновьетнамская провинция Куангнам 广南

В эпоху Суй (581-618) и Тан (618-907) «Морской Великий Шёлковый Путь» продолжал развиваться, а эпоха Сун (960-1279) и Юань (1271-1368)  были периодом его расцвета. Объяснялось это тем, что в эпоху Сун экономический центр Китайского государства постепенно смещался на юг страны, в связи с этим морские перевозки из южнокитайских портов стали осуществляться на всё более дальние расстояния. Китайские корабли пересекали «Южный океан», поворачивали на запад и доходили до акватории Аравийского моря, даже добирались до восточного побережья Африки.

(А.Ш.: «Южным океаном» 南洋 в средние века китайцы называли регион, в котором расположены такие современные территории и акватории, как Малайский архипелаг, Филиппинский архипелаг, Индонезия, полуостров Малакка, моря, прилегающие к полуострову Индокитай).

Главными портами морской торговли древнего и средневекового Китая были такие, как город, называемый сегодня Гуанчжоу провинции Гуандун КНР, город, называемый сегодня Яньтай провинции Шаньдун КНР, город Янчжоу (сегодня в провинции Цзянсу КНР), город Минчжоу (сегодня в провинции Чжэцзян КНР), город Цюаньчжоу (сегодня в провинции Фуцзянь КНР), город Люцзяган (Люхэ) (сегодня в провинции Цзянсу, в 25 км. севернее Шанхая). Наиболее крупными из них являлся город, называемый сегодня Гуанчжоу, а также город Цюаньчжоу.

Город, называемый сегодня Гуанчжоу, являлся самым крупным торговым портом Китая ещё с древней эпохи Цинь до средневековой эпохи Сун, а в новое время, когда Китай стал объектом экспансии западных стран, Гуанчжоу оставался единственным портом, через который Китай продолжал вести морскую торговлю.

Что касается Цюаньчжоу, то как порт он возник в эпоху Тан, а в эпоху Сун и в эпоху Юань был главным портом Китая на восточном побережье страны.

Пик морской торговли Китая пришёлся на начало эпохи Мин (1368-1644), однако со второй половины этой эпохи в связи с начавшимися столкновениями китайцев с европейцами и морским пиратством наступил её упадок.

 

В истории ВШП появлялись новые маршруты, а старые меняли направление либо вообще исчезали.

Например, в начале эпохи Восточная Хань (25-220) Китай разгромил северных сюнну на Монгольском плато, благодаря чему границы Ханьской империи отодвинулись на запад до тех мест, где расположен современный город  Хами 哈密 на востоке СУАР КНР. В результате возникла так называемая «новая северная дорога» 北新道 , уходившая на северо-запад от того места, где расположен современный город Дуньхуан 敦煌 на северо-западе провинции Ганьсу КНР, к тому месту, где расположен современный Хами. Далее «новая северная дорога» шла на запад через те места, где расположен современный город Турфан 吐鲁番 в Центральном Синьцзяне,  поворачивала на юго-запад до того места, где расположен современный город Гуйцы (Куча) 龟兹 СУАР КНР, и соединялась там с уже существовавшей «северной дорогой» «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов».

В эпоху Династий Юга и Севера (420-589), когда ханьские имперские государства Южных Династий противостояли монгольским имперским государствам Северных Династий, четыре Южные Династии открыли новый транспортный маршрут в Сиюй.

Следуя этим маршрутом, китайские путешественники поднимались вверх по Янцзы до того места, где расположен современный город Чэнду 成都 провинции Сычуань КНР, затем направлялись дальше на север, туда, где расположен современный уезд Сунпань 松潘 (тибетское название Сунгчу) Нгава-Тибетско-Цянского автономного округа провинции Сычуань КНР. Далее маршрут поворачивал на запад и шёл через земли королевства Туюхун 土谷浑 (284-670) , располагавшегося там, где находится современная провинция Цинхай КНР,  преодолевал сухой бассейн Кайдам (Цайдам) 柴达木盆 (провинция Цинхай КНР),  поворачивал на север и доходил до того места, где находится современный город Дуньхуан 敦煌 на северо-западе провинции Ганьсу КНР.  Таким образом новый маршрут, открытый Южными Династиями, соединялся с основной транспортной артерией «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» — «Великим Шёлковым Путём пустынь и оазисов».

Другим вариантом маршрута, открытого Южными Династиями, был путь в ещё более западном направлении. От того места, где находится современный уезд Сунпань на севере провинции Сычуань КНР, караваны поворачивали на запад, преодолевали перевалы горного хребта Алтын-Таг 阿尔金山口 , а затем поворачивали на север и добирались до царства Шаньшань 鄯善 , находившегося в землях, где расположен современный город Турфан в Центральном Синьцзяне.  Открытый Южными Династиями маршрут с выходами на «Великий Шёлковый Путь пустынь и оазисов» в Сиюе также  называют «дорогой на Туюхун» 土谷浑道 , “дорогой южнее Хуанхэ” 河南道 , а ещё «Цинхайской дорогой» 青海道

В раннем средневековье возник ещё один маршрут «Великого Шёлкового Пути пустынь и оазисов», который начинался либо на Центральной равнине, в «сердце» ханьской цивилизации, либо в «коридоре к западу от Хуанхэ» (современная территория провинции Ганьсу КНР), соединявшем центральные районы Китая с Сиюем.                 Этот маршрут шёл на север, на Монгольском плато поворачивал на запад, доходил до места, поблизости от которого расположен современный кыргызский город Токмок 托克马克 , и уходил вглубь Средней Азии. Расцвет этого маршрута пришёлся на эпоху Монгольской империи и монгольской имперской династии Юань в Китае (1271-1368).

С эпохи Юань (1271-1368)  маршруты «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути» постепенно утрачивали своё былое значение, что опосредованно способствовало развитию европейского мореплавания, а путешествие Марко Поло в Китай во второй половине 13-го века открыло европейцам дорогу туда. Минуя морские торговые маршруты в Средиземном море и старые маршруты «Северного Сухопутного Великого Шёлкового Пути», которые контролировались турками, испанцы и португальцы искали новые морские пути в Китай, рассчитывая, что торговля по ним станет гораздо выгоднее, чем по прежним маршрутам ВШП. Кроме того, играло роль стремление европейцев распространить католицизм в странах Востока».

 

 

Оставляя в стороне военно-политическую и политико-экономическую составляющие, в разное время влиявшие на прохождение маршрутов ВШП и на интенсивность их функционирования, следует отметить, что строго с географической точки зрения это были глубоко продуманные, во многом оптимальные логистические пути. Что даёт основание нынешнему Китаю, опираясь на них, успешно выстраивать современные геоэкономические «цепочки».

 

Автор: Шитов Александр Викторович (ведущий специалист по Китаю)

 

Китай и степь

🤔🤝🤫👍👏👍👌🙂

Оцените статью
( Пока оценок нет )
geopolitics.rus
Добавить комментарий